Империя Тигвердов. Танго в пустоте

Я думаю, в моем кабинете нам удастся поговорить спокойно.

Повинуясь приглашающему жесту императора, я пошла за ним. Перед нами лакеи с поклоном открыли дверь. Мы прошли насквозь через богато обставленные помещения. Зашли в приемную. Молодой человек, явно скучавший за массивным столом, торопливо вскочил. Его лицо выражало нескрываемое изумление – видимо, императора здесь не ждали.

– Все потом, Карл. – Император сам распахнул передо мной дверь, пропустил вперед и, пройдя следом, тщательно закрыл за собой.

И только после этого зашелся в хохоте.

А я что? Мне было не жалко. Видок тот еще… Действительно изумительный. Стало жарко. Я стянула шапку, расстегнула пуховик.

– Смейтесь, смейтесь, – проворчала я. – Если мне надоест в моем мире, я вернусь к вам. И устроюсь работать шутом во дворец.

– Ох, – простонал, вытирая заслезившиеся глаза, император. – Это было лучшее совещание кабинета министров в моей жизни.

Пока его величество изволил веселиться, я огляделась. На фоне богатых, роскошно обставленных комнат дворца личный кабинет самого императора выглядел удивительно просто, даже аскетично.

Строгая, элегантная гамма серебристо-серого и черного. Светло, просторно – ничего лишнего, никаких украшений. Лишь нарядное алое пламя камина да трогательный пейзаж в простой раме над ним. Серый гранит мрачных стен неприступного замка, утопающий в розовато-белоснежной нежности цветущих яблонь…

Я невольно залюбовалась картиной. Задумалась о том, почему Фредерик выбрал именно эту работу и почему она ему так нравится.

Может быть, потому что… Тут я вспомнила, что дело срочное. И Милфорд может потерять терпение.

– Теперь вы нахмурились… – раздался голос Фредерика. – Я надеюсь, вы не обиделись?

Отрицательно покачала головой.

– Вы перенеслись не потому, что вам грозила опасность? – внезапно став серьезным, спросил император.

– Нет, ваше величество. Со мной все хорошо.

– Вы после вчерашнего отказываетесь называть меня по имени? – нахмурился он.

 – Неужели вы перенесли неприязнь, которую испытываете к моему глупцу-сыну, на меня?

– Нет. Просто… Мне грустно, что чудес не бывает. Даже в другом мире, где существует магия, ревнуют прекрасные принцы и сердятся справедливые императоры.

Я улыбнулась.

– Мое восхищение вами лишь усилилось, – печально проговорил император. – Действительно, жаль. Итак, что же привело вас ко мне?

– Да еще и в таком виде, – проворчала я.