Орли, сын Орлика

А уже потом именно он дал рекомендацию ее императорскому величеству.

– То есть это от господина Кирилла Разумовского…

– Естественно, от него.

– А может, ты все-таки прусский масон? А, дохтур?

– Я все-таки француз, прошу не забывать! – с достоинством ответил врач.

– Это ничего не означает. Франция и Пруссия слишком долго были симпатиками, поэтому вполне возможно…

– Но сейчас Франция воюет против Пруссии вместе с Россией! И неужели вы думаете, что, проведя рядом с его светлостью Кириллом Разумовским целых пять лет…

– Хорошо.

Ле-Клерк решил, что допрос наконец-то завершен, но следователь наклонился в сторону, покопался там и бросил на стол несколько бумажек, которые в мерцающем сиянии одинокой свечки казались желтовато-блеклыми.

– Это мы отобрали у тебя, когда задержали. Твои это бумажки, жабоед?

– Да, мои.

– Ты не возражаешь?

– Разумеется, нет.

– А теперь сознавайся честно: что это такое?

– Как это – что?! – искренне изумился врач. – Это рецепты лекарств ее императорского величества.

– Точно?

– Конечно!

– А что это за язык такой странный?

– Латынь. Вы знаете латынь?

В глубине глаз следователя что-то блеснуло, однако ответил он довольно уверенно:

– Да, знаю.

– Не знаете вы латыни, не врите, – скривил губы Ле-Клерк.

– Знаю, знаю. Это легко. Вот выучил же я твой лягушачий язык, сумел…

– Кстати, акцент у вас просто ужасный! И все же выучить устный язык – это одно, а выучиться и писать вдобавок – совсем другое.

– Ничего, ничего, не я, так другие знают твое тарабарское письмо…

– И что, другие разве не подтвердили, что это рецепты лекарств, написанные обычной латынью?

– А зачем ты, жабоед, пишешь эти так называемые рецепты на чужом языке? Почему это тебе не хватает нормальных русских слов?

– Так между учеными людьми заведено, спросите кого угодно.

– Подозрительно оно как-то. Очень подозрительно.

– Ничего подобного. На латыни пишутся все рецепты…

– Вот я и говорю: все это – ваша прусско-масонская тайнопись.

– А я говорю, что вы очень рискуете. Так как если ее императорское величество своевременно не получат лекарства…

– Прежде ее императорскому величеству хватало доброго токайского вина, лишь бы утихомирить головную боль.

– Теперь уже не хватает. Поэтому ее императорское величество и попросила его светлость господина Разумовского приставить к ее особе меня, так как мой предшественник не знал никаких других рецептов, кроме доброго старого токайского.