Тайна драконьего сердца

Помнится, ты кричала, что я уничтожаю человеческое наследие, но разве фигуры ваших мастеров не украшают мою башню?

Пэм поджала губы, но промолчала. Дракон сжал ее локоть, крепко, но не причиняя боли, и повел за собой внутрь. Девушка переступала порог этого здания только однажды – когда он был открыт. Тогда она сопровождала родителей на торжественном мероприятии. Юная наследница мало интересовала почтенных гостей, а тем более драконов. Однако это принесло Памеле только радость. Она спокойно изучала интерьер, пила безалкогольные напитки и наслаждалась изысканной музыкой.

Как давно это было.

Сейчас она могла сказать, что в интерьере кое-что изменилось. Он стал более пафосным со своим турецким мрамором и полированными латунными светильниками. Бесценные произведения человеческого искусства украшали позолоченные стены, блеск которых практически ослеплял. Все здесь кричало о богатстве и власти драконов. Особенно Теодора Ровиуса Третьего, лорда клана Небесных Стражей.

– Ты поражена.

– Да, ты превратил это место в роскошный дворец, – слегка забывшись, проговорила Пэм.

– Была в Драго-скай когда-то? – дракон прищурил свои глаза, выискивая правду на лице девушки.

Врать Пэм не видела смысла.

– Да, в юности. В то время, когда еще принадлежала к высшему обществу.

– Ты можешь думать, что, убежав, искоренила его в себе, но оно часть тебя. Движения твоего тела, твои речи и поступки выдают твое происхождение. Даже в средний класс тебя тяжело отнести.

– Неправда!

– Лги себе сколько желаешь. Меня это не волнует.

Тео бесцеремонно затолкал девушки в лифт, не обращая внимания на удивленные взгляды своих служащих. Введя на панели определенный код, он нажал на номер своего этажа, и двери лифта закрылись, отделяя их от всех. Охрана тоже осталась в холле. Такое уединение заставило пульс девушки участиться, что не скрылось от дракона. Со своим сверхразвитым обонянием он прекрасно улавливал мельчайшие изменения в ее физиологии.

Теодора удивлял сам факт того, что он обращал на это внимание. Дракон давно привык абстрагироваться от ненужных ощущений. Он находил людей чересчур перенасыщенными химией, парфюмами и ароматом лжи. Они всегда изворачивались, обманывая даже самих себя. Однако в Памеле мужчину интересовало абсолютно все. Зверь следил за ее прерывистым дыханием, невольным румянцем на щеках, сладким запахом зарождающегося чисто женского интереса и нотками страха.