Грозовое небо

Приподняв одну из балок правой рукой, левой он достал то, что осталось от сумки, протянул Мари.  Увидев ее взгляд, ответил на немой вопрос, читавшийся в нем.

– Запах одной крови. Да и вообще, ты на нее похожа. Не был бы знаком с ее дочкой, принял бы тебя за нее.

Рука, протянувшая ее сумку, была вся в крови, глубокий порез. Она достала маленький сверток, развернула его и убедилась, что найдет все необходимое: дезинфицирующее средство, заживляющий бальзам и перевязочные бинты. Мари подошла, взяла мужчину за руку, потащила за собой.

По какой-то причине, волк не сопротивляющегося. Когда она смогла найти место в развалинах беседки, усадила пациента и приступила к той работе, в которой была сильна.

– Я Ральф, Волхов внук. – сказал парень.

Руки девушки непроизвольно дернулись, дыхание сбилось, но она нашла в себе силы поднять глаза. Один из тех женихов, про которых говорила мать, один из тех, кого она тайно ненавидела и боялась. Приятная благодарность, зародившаяся в душе, начала улетучиваться. Из глубин сердца, доселе неведомых ей самой, появилось желание, надавить на порез, да посильнее.

Девушка тряхнула головой, прогоняя несвойственные целителю мысли, продезинфицировала рану, смазала заживляющим бальзамам и начала перевязку.

– Ты-то не пострадала?

Еще один ответ движением головы, теперь уже отрицательный. Лучше молчать, чем неожиданно взболтнуть лишнего. Она сама не знала, что чувствует и почему. К счастью, больше вопросов он не задавал.

Ральф.

Ральфу не было больно, просто царапина, заживет еще до рассвета.

Но девушка взялась за лечение, и он не стал останавливать. Пальцы перебегали из сумки, к ранам и назад. Работала она быстро и профессионально, видимо, не впервой. Чувствовалось воспитание Сесиль. На ее милом личике практически не было эмоций. Низко опущенная голова, глаза, скрытые за пушистыми ресницами, и тонко сжатые губы. Человек, не заметил бы ничего, кроме смущения, но волк… Смущение перешло в переживание, затем в раздражение и обиду, а под конец появилась злость, много злости.

Закончив перевязку, она сложила все в сумку, перекинула, через плечо и встала. Сумка с треском порвалась, скатилась вдоль тонкой талии к ногам. Девушка с тоской и усталостью опустила глаза. Такая смешная. Ральф без слов, поднял непригодный более мешочек с тесемками и сунул под мышку.

Снег сыпал крупными хлопьями. Серый подошел к юной особе, которая обнимала себя руками, осматривая площадку, снял с себя шарф, и обмотал ее шею.

– Пойдем.