Сумман твоего сердца

Пока я распутывала завязки на платье, вспомнила, наверное, все бранные слова (оказалось, я знаю их достаточно много). Нет, ошибалась: не всё вспомнила, новые возникли в голове, когда я надела серое платье и завязывала его.

– Да, красота – страшная сила, и вид мой это подтверждает, – пробурчала, разглядывая себя в небольшом, размером примерно двадцать на двадцать, зеркале.

В нём сейчас отражалась бледная серая моль. Цвет платья отлично подчеркнул мои круги под глазами, сделав их глубокого синего оттенка.

Кожа на лице приобрела благородный серый цвет, а волосы в одно мгновение из светло-русого перекрасились в мышиный. Фасон платья тоже радовал: мешок с поясом на талии, длинной до самого пола, подол которого старательно путался под ногами. И весь этот великолепный ансамбль завершал «чудесный» накрахмаленный серый чепец.

Спускаясь по ступенькам, я одной рукой придерживала подол платья, другой вцепилась в поручень. Риск грохнуться и скатиться с лестницы был очень велик, а с учётом, что я всё же предпочитала ходить в джинсах или брюках и совершенно не умела носить платья, то увеличивался десятикратно.

– Кхм… чудесно выглядишь, – прокашлявшись, произнёс мсье Фил. Мика после его слов ещё раз на меня внимательно посмотрел и с удивлением уставился на лекаря.

– Да? Спасибо, всегда знала, что серый цвет мне невероятно подходит, – очень серьёзно ответила мсье Филу. Теперь Мика с изумлением уставился на меня.

– Да? – переспросил лекарь. – В любом случае, лицо можно и не подправлять: и так всё выглядит идеально.

– Отлично! – Честно говоря, я не без опаски думала о том, к чему приведёт их неуёмная фантазия.

– Завтра утром Мика тебя отвезёт в замок. Пока не покинете деревню, тебе придётся спрятаться под тряпками.

– А меня примут? А вдруг я не подойду? – спросила я, скептически оглядывая свой наряд.

– Подойдёшь. И… это… будь осторожна. Мика предупредит Хэма, он за тобой приглядит…

Глава 10.

Утро наступило очень рано, серая мгла не собиралась сдавать свои позиции, жители ещё спали, и вокруг стояла тишина.

В тот момент, когда я, укрытая какой-то вонючей дерюгой, устраивалась на телеге в поисках удобного места, мне казалось всё это дурным предзнаменованием, а тишина – зловещей. Ещё в доме сразу после завтрака я попрощалась с мсье Филом. Он требовал от меня обещания быть осторожной и, пожелав счастливого пути и крепко обняв, отвернулся, подозреваю, скрыть слёзы.