30 дней

После растянулась на спине, раскинув в стороны руки и ноги, шумно выдохнула и уставилась в потолок.

– Забавляешься?

Надо мной появилось лицо бывшего пленника. Я подмигнула ему и заложила руки за голову.

– Я смотрю, тебя не угнетает то, что ты оказалась в плену, – заметил он, присаживаясь на корточки.

– Нет, – помотала я головой, радостно скалясь, – тут весело. Пожалуй, я задержусь у тебя на денек-другой.

– Думаю, Игнис, ты задержишься здесь намного дольше. Посмотрим, насколько он дорожит тобой.

И вновь я рассмеялась, накрыв лицо ладонями.

Воин остался невозмутим.

– Он пришел за тобой в темницу. Его ярость едва не поджарила меня, – продолжал мой похититель.

Перестав смеяться, я села, и воин чуть отпрянул в сторону, чтобы не удариться со мной лбом. Наши взгляды встретились, и я невольно вспомнила причину, по которой Господин оказался в каменном мешке. Подавшись к воину, втянула носом его запах, но того головокружительного аромата, конечно, не уловила. Я пока не ощущала вкуса чужих чувств, да и бывший пленник не был возбужден.

И все-таки дыхание прервалось, слишком ярким оказалось воспоминание о его страсти. На губах вспыхнул вкус поцелуя, и я, поднявшись на колени, приблизила лицо к лицу мужчины.

Он не отвел взгляда и не отстранился, лишь судорожно сглотнул и… принюхался, совсем как я, пока этот дар не был скован волей моего Господина.

– Как странно, – тихо произнес воин. – Ты пахнешь… необычно.

Я облизала губы и протянула руку к его лицу. Вновь не отпрянул, лишь глубже втянул воздух.

Мой взгляд не отрывался от плотно сжатых губ похитителя, а в памяти звучал глухой мужской стон, когда его язык ласкал мой…

– Проклятая Тьма! – вдруг выругался воин и резко поднялся на ноги. – Что ты творишь, Игнис? Твои чары не действуют… – и осекся. Его взгляд уперся в меня, подобно острию меча, готового вспороть грудь. – У тебя нет чар! Я ведь прав?

Я снова села. Тряхнула головой, проясняя ее, скрестила ноги и с интересом смотрела на него, ничего не отвечая.

– Мне бы не удалось украсть тебя, если бы в тебе оставалась сила, – уверенно продолжал бывший пленник.

 – Это его наказание за то, что ты готова была отдаться мне, да? Снова будешь смеяться? Скажешь, что не имеешь для него ценности? Пришел за тобой, едва не сжег меня, после приказал убить, а тебя лишил чар. Что это если не ревность?

Вот теперь я не просто хохотала. Меня сотрясало от беззвучного смеха, на глазах выступили слезы, но я всё никак не могла успокоиться.