Оловянный солдатик

Неважно, попал я в какую-то страну великанов или меня кошмарят галлюцинации из-за капельницы. Я найду выход. Потому что я всегда нахожу выход.

А почему, собственно, я решил, что могу быть мертв?

Озираюсь внутри прозрачной граненой клетки. Похоже на куб. Подхожу к ближайшей стене, поднимаю кулак и стучу по ней. Нет, стекло так не звучит. Это обычный желтеющий пластик.

Замечаю странность на кулаке. Что-то белое, на чем прорисованы черные полосы.

Перчатка?

Разгибаю пальцы. Сгибаю. Нет, похоже на руку. Вытягиваю, расставляю пальцы пошире.

У меня всегда были такие костлявые руки?

Проверяю вторую руку, картина та же.

Интересно…

Оборачиваюсь. Со всех сторон взирает светлое помещение, лишенное того яркого ослепления, которое било в глаза совсем недавно. Поднимаю взгляд к потолку – лампа выключена; провожу им вбок – естественное освещение исходит из окна.

Окна… Почему я вижу образ друга, будто это было мгновение назад, а своего имени и внешности не помню?

Погоди-ка, я ведь могу присмотреться к отражению!

Радость от гениальной мысли воодушевляет.

Шаг, еще несколько, и вот отражение начинает проступать. Плавно, как на фотопленке.

Сначала сине-красные пятна. Затем бело-черные искривленные мазки. И наконец странная штука на голове.

Все это – я?..

Пытаюсь отвести взгляд, расфокусировать, чтобы потом моргнуть и увидеть себя иначе. Но ничего не меняется.

Радужки полностью черные и окаймлены свинцово-серым лимбальным кольцом.

Неестественно впалые скулы, обтянутые подобием кожи. Уши, похожие на сушеные дольки фруктов, скукожившиеся от перепада температуры. Нос, напоминающий осколок ребра, зубы, устроенные на лице так, словно заменяют губы.

Бело-серую шею скрывает красный ворот синего гусарского мундира.

Поднимаю руки и пытаюсь поднять кивер, чтобы проверить: есть ли на голове волосы. Но кивер кажется неподъемным, и я оставляю попытки.

Это я? Тогда… кто я, черт возьми, такой?

Гнетущая неприязнь охватывает нутро от кишок до глотки. Вдох, выдох, все равно задыхаюсь. А ведь не так давно мне не нужно было дышать.

Слишком долго. Долго торчишь на одном месте. Разве не ты громче всех кричал, что жизнь в движении?

Отголоски прошлого на краю мыслей подстегивают. Встряхиваю плечами, приосаниваюсь. Сначала нужно выбраться из клетки, а уже потом выяснять обстоятельства.