Невидимые. Банды старой России

Выйдя из дома, она отправилась на берег – но не туда, где стирали, а гораздо дальше.

Боязно: а вдруг кто уже обнаружил припрятанное? Но вроде нет: издали приметила сваленные ушаты, которые сама же и натащила. Под ними – песок да галька: копать удобно даже ладонью. Достав сверток, Матрена бдительно огляделась по сторонам – не смотрит ли кто? Задрала юбку, осторожно уложила вещицу в чулок и для надежности перемотала лентой – сверху и снизу. Как только доставать-то? Смеху будет…

Удостоверившись, что ноша держится крепко, Матрена мелкими шагами отправилась на базар, в лавку старьевщика.

Она пришла раньше, чем назначали.

На этот раз в лавке был не только старьевщик, но и незнакомец – морщинистый, с длинными седыми усами, свисавшими на острый подбородок. Они что-то обсуждали, но с приходом прачки беседа прервалась.

Матрена сделала вид, будто заглянула за покупками, и принялась рассматривать оббитых фарфоровых барышень.

– Что же не здороваешься, Мотя? На сей-то раз принесла, что обещала? – окликнул старьевщик.

– Здравствуйте, судари, – она легко поклонилась и долгим взглядом окинула посетителя.

– Не бойся. Это и есть покупатель.

Господин кивнул.

– Как так? Ты сказал, будто сам…

– Ну, мало ли, что сказал. Ты тоже уговор не сдержала. Принесла?

– Принесла.

– Ну, тогда показывай.

Лавочник подошел к двери и накинул засов.

– Чтоб не мешали.

Разумно, но Матрене отчего-то не понравилось.

– Ну ладно… Отвернитесь-ка.

Прачка достала сверток, раскрыла, сбросив тряпье под ноги.

– Вот!

– Вы это ищете, господин? – спросил старьевщик.

– Оно самое! – подтвердил вислоусый. – Дай-ка поближе посмотреть.

– Сначала платите, сударь, а потом смотрите, сколько захочется.

– Э-эх… Кто так торгует. Откуда мне знать – может, подделка? Знаешь, сколько их развелось, Матрена? Вот скажи – откуда она у тебя?

– Неважно.

– Очень важно! Если скажешь правду и я пойму, что не врешь – получишь свои деньги.

Господин достал кошелек, расстегнул, показал содержимое – много-много бумажек, на которые, поди, не то что снять другой дом – новую жизнь купить можно.

– Ну же?

– Мое. От бабки досталось.

Вислоусый махнул рукой – дескать, пустой разговор.

– Ну, говорил же тебе, что тут ничего путного не купишь… Каждый обуть норовит. Зря ты меня от дела отнял, да еще и по такой жаре, – обратился он к лавочнику.