Галинкина любовь

Ах, как сложно это было исполнить – глаз жгло так, что Галинке хотелось немедленно вырвать его из глазницы.

Данила подхватил девчонку на руки и помчался со всех ног в ближайшую аптеку. Там им выдали антигистаминные и антибактериальные капли. Глаз удалось-таки спасти, хоть он и слезился ещё два дня после происшествия. Данила потом долго поддразнивал Галинку, называя её Кутузовым. А для неё боль от ожога померкла на фоне воспоминаний о том, как он нёс её на руках… будто прекрасный сказочный принц – свою принцессу.

Несмотря на подобные мелкие неприятности, всё равно это лето было самым прекрасным в её жизни.

Наверное, со стороны дружба между зелёной девчонкой и шестнадцатилетним здоровым парнем выглядела несколько странно. Что связывало этих двоих – вернее, что Данила находил в этих отношениях? А ему, единственному ребёнку в семье, вероятно, просто не хватало младшей сестры. К тому же, быть объектом чьего-то искреннего обожания всегда приятно для самолюбия.

Данила, сын родителей-интеллигентов, тяготился компанией пацанов-сверстников, потому что те интересовались лишь куревом, бухлом и «девками». Ему льстил тот факт, что для Галинки он – практически старший брат. Всемогущий, авторитетный и надёжный, которому она безоговорочно доверяет.

Они отважно сигали в воду со скал в несколько метров высотой – причём Галинка не уступала Даниле в бесстрашии и никогда не пыталась выбрать себе скалу помельче.

Ловили в ведро ежей, которые притопывали в сад и хозяйничали там.

Наигравшись и нахохотавшись вволю над ежиными ужимками, друзья отпускали колючих на волю…

Днём собирали землянику в горах, и тётя Ксана затем варила невероятное, потрясающее, ароматнейшее варенье, с которым вечерами они пили чай из настоящего самовара на открытой веранде Даниного дома.

Они совершали налёты на местные виноградники, где лакомились сочными, пропитанными солнцем ягодами. Вкуснее награбленного гурзуфского розового муската, как им казалось, и не было ничего на свете…

А однажды, во время очередного заплыва, когда берег остался далеко позади и был едва различим, с ними рядом оказался настоящий живой дельфин.

Галинка до сих пор помнила это странное ощущение – огромное продолговатое тело в воде, совсем близко… От неожиданности она ударилась в панику и резво взяла курс на берег, Данила затем долго смеялся над её испугом и дразнил трусишкой.