Стальная стрекоза

– А манекенщик?

– По зову сердца, – рассмеялся Юстас. – Эта работа мне гораздо больше по душе моей предыдущей, когда я был правой рукой министра и главы корпорации.

– Это его ты подставил перед выборами?

– Ага.

– Он жив?

– Жив. Он в тюрьме. Правда, не так давно он оттуда выбрался под чужими документами. Однако я его вернул на место.

– Ты слышишь это? – вдруг спросил Неру.

– Что? – Эскот прислушался.

– Кажется, нас раскапывают.

– Я ничего не слышу. Надеюсь, у тебя острый слух, а не слуховые галлюцинации.

– Хорошо, что отца сейчас нет в Шаукаре… – задумчиво проговорил Неру.

– А где он сейчас?

– Поголовье турпанов считает.

– Неру… у меня есть сосудорасширяющее. Мне кажется, тебе надо принять.

– Зачем? У меня ничего вроде бы не сузилось.

– Каких трупанов считает твой отец?

– Горбоносых. Турпанов.

– Да? – Юстас зажёг фонарик и посветил Неру в лицо. Тот зажмурился и отвернулся.

– Что за пыточные приёмы допросов?

– Ты заговариваешься.

– Вовсе нет! Турпаны – это такие птицы.

– Утки?

– Да. Разновидность уток. Высочество бы обрадовался. Они здоровенные, но яйца откладывают позже других птиц и сидят долго, поэтому охота на них разрешена всего несколько дней в начале лета. Отец как главный ловчий занимается регулированием охоты, и он проверяет, чтобы ничего не нарушалось. Вот сейчас как раз.

– Ну, допустим, – Юстас выключил фонарик.

На Шаукар спустилась ночь, и работать становилось всё сложнее, несмотря на зажжённые фонари и факелы.

– Великий шоно, шли бы вы отдыхать, мы и сами справимся, – сказал кто-то из мужчин.

– Я сам решу, когда мне отдыхать, – отозвался Оташ.

– Великий шоно в гневе бывает грозен, – заулыбался Юрген.

– Господина Раду во дворце нет, – сказал подошедший стражник, которого шоно отправил на поиски Янко, как только друзья пришли к выводу, что он был самозванцем.

– А что господин Дарын? С ним всё в порядке? – поинтересовался Ким.

– Да, у дверей лазарета стража.

– Ты всё передал господину Брунену? – спросил Оташ.

– Да, великий шоно.

– Можешь быть свободен.

– Позвольте, я останусь и помогу.

Оташ кивнул.

– Теперь Алмазар объявит Янко в розыск, – сказал Юрген. – Дело за малым.

– Если бы Янко был уверен в своей удаче, он сейчас был бы здесь и помогал бы нам разбирать завалы, невзирая на свою рану, – проговорил Феликс.

– Согласен, – кивнул Эриш. – Он знает, что прокололся. Знает, что мы вышли на него.