Стальная стрекоза

– Но откуда? – спросил Шелдон.

– Хороший вопрос, – вздохнул Феликс. – Он мог следить за нами. Нет ведь никаких доказательств обратного. Если он играл роль сына луны и главы братства, то в его подчинении были люди, которым он мог приказывать.

– Я тут подумал…

– Шел, ты сегодня что-то слишком много думаешь.

– Мелкий! – принц замахнулся на Феликса киркой. Никсон перевернул свою лопату черенком к Шелдону и аккуратно опустил им направленное на себя кайло.

– Так что ты надумал? – спросил он.

– Это ваше братство луны хранит тайны.

– Да. По изначальным правилам чтобы вступить в братство, нужно было сообщить какой-то секрет. И чем лучше твоя тайна, тем выше ты можешь забраться. Это уже потом в Айланорте в братство стали принимать всех подряд.

– Янко мог знать о твоём прошлом, поэтому пытался подставить тебя с помощью морфия. Не могло это быть случайным совпадением.

– Скорее всего, он знал, – согласился Феликс.

– Так он наверняка и ещё что-то знает. А мы нет. И снова он может оказаться на шаг впереди нас.

– Да сбежал он, – проговорил Эриш, и в этот момент один из сарби закричал: «Есть!»

Когда Ким сказал, в каком приблизительно месте должен был находиться спуск в подвал, основные работы по расчистке завалов были перенесены именно туда, и вот теперь этот самый вход был найден.

– Теперь ты слышишь? – оживился Неру.

– Слышу, – Юстас, казалось, не верил своим ушам.

– Это не слуховые галлюцинации, Бешеный ты слон!

– Ладья.

– Я ладью в глаза не видел, а слон меня, можно сказать, растил.

– Тебя растил слон? Знаешь, я всё ещё могу сделать тебе укол.

– У моей матушки есть любимый слон. Зовут Мхотеп. Моя мама в Уасете живёт, не забывай.

– А ладью ты видел. Это башня. Просто в шахматах она приобрела несколько иное значение. Отойди к стене, – вдруг добавил Юстас.

– Что?

– Отойди к стене, – Эскот зажёг фонарик и отошёл к дальней стене. Затем подумал мгновение, вернулся, оттащил туда же раненого парня и понял, что на это у него ушли все оставшиеся силы.

– Может, это тебе что-нибудь вколоть? – Неру сел рядом с ним.

– Мне кажется, я никогда в жизни так не хотел пить.

– На моей родине были такие жрецы, которые в определённое время года не пили и не ели весь день до захода солнца. Лично я не пробовал такое.

– Я и не хочу пробовать.

– Но зато они говорили, что вкуснее того первого глотка воды на закате нет ничего на свете.

Шум всё приближался и уже были слышны голоса.