А если это любовь

Иногда Родиону казалось, что в том, кем он стал, виноват этот проклятый город. Где все куда-то спешат, где чувства ничего не значат, где деньги открывают любые двери и… развязывают руки. Где тебя оценивают по количеству нулей на банковском счету. И предают, если кто-то предложит больше. Где все продается и покупается. Где все друг другу чужие. Даже самые, казалось бы, близкие.

Ведь насколько все было проще, когда он мотался по миру с Тенями…

Мурадов вернулся к столу, сунул в карман ключи, телефон и поплелся из офиса прочь.

Если он поторопится, еще успеет увидеть Левку. И плевать, что сегодня среда, а «его» дни – вторник, четверг и воскресенье. Деньги в этом городе и впрямь решали очень многое. За деньги можно было купить даже встречу с собственным сыном.

Для Левки с матерью Родион приобрел квартиру в доме по соседству со своим, как только у него появилась такая возможность. Это было очень удобно. Работая порой по восемнадцать часов в сутки, только так он мог видеть своего мальчика более-менее регулярно.

– Это я, – бросил в домофон и внутренне напрягся, готовый к скандалу. Но Ирка в кои веки смолчала. Замок пискнул, впуская его в парадную.

– Папа! Папа! – перебирая толстыми в перетяжках ножками, Левка бросился в распахнутые объятья отца. Мурадов по традиции его подхватил и подбросил высоко к потолку. Левка заверещал, захлебываясь восторгом. Тем восторгом, что не уменьшался от встречи к встрече.

– Ты вовремя. Я как раз думала его купать.

Это что-то новенькое. Очевидно, Ирка сегодня опять решила поиграть в семью.

Находило на неё и такое. Родион осмотрелся. Снял туфли, наступая на задники.

– Если хочешь, можешь сам этим заняться.

Все интереснее и интереснее. Еще вчера ему грозили судом. И чем там еще? Он забыл. Ведь каждый раз Ирка придумывала что-то новое. То, что он обычно пропускал мимо ушей. Родион иной раз поражался, как так долго не замечал её гнилой души. Это, пожалуй, задевало его больше всего. Что все вокруг про нее как-то сразу поняли.

А он один, как последний лох…

Они встречались пять лет. И большую часть из этого срока Ирка блядовала.

Мурадов смерил бывшую внимательным взглядом, прикидывая, что той нужно на этот раз.

– Ну, чего, Лев? Пойдем купаться?

– Пойдем! Пойдем… – затараторил тот.

– Только сильно не беситесь. А то он потом не уснет.

Левка и не бесился. Сидя в пене по грудь, он играл с драконами из игрового набора, что Родион ему купил в один из своих недавних визитов.