Моль

– Папа, кто ж еще? – засмеялся Юри. – Ты же мне так и не сообщила номер рейса. Думаю, дай-ка позвоню…

– Папулечка, я не прилечу, к сожалению.

На том конце воцарилось молчание:

– Опять потеряла кого-то? То-то мне твой голос с самого начала не понравился.

– Нет-нет… Не потеряла… Просто дела срочные появились. Никакой возможности нет отложить. Ты прости меня, родной. Не ахти из меня дочка…

– Ты мне это брось, Светлана! – возмутился родитель. – Дочка у меня самая лучшая из всех возможных.

Художник! Мэтр!

– Ну, начинается, – она немного повеселела.

– А что? Коллекция по твоим эскизам знаешь, каким успехом пользуется? Я тебе процентики исправно перечисляю. Видела?

– Процентики – это хорошо, – улыбнулась Света. – Деньги мне никогда не помешают.

– Так чего тогда от моей помощи отказываешься? – в который раз возмутился отец. – Все равно после смерти все тебе достанется.

– Даже и не говори мне об этом, папа. Проценты – это другое. Их я, можно сказать, своим трудом зарабатываю.

Хотя, что это за труд – рисование?

Художественный талант Света открыла в себе лет в десять. Только до этого никому дела не было. Мать ею вообще не интересовалась, а когда удавалось поговорить с отцом (международные звонки в советском союзе были тем еще удовольствием), они всегда находили более интересные темы для разговоров. Так что об увлечении дочери Юри узнал, когда ей было лет двадцать пять. Света гостила у него в Таллине и оставила свой альбом с набросками на столе.

Отец увидел – и влюбился! Стоит ли говорить, что вдохновленная ювелирными работами отца, Света весь отпуск рисовала эскизы украшений? Кольца, кулоны, колье…

– Света… Милая… Это же… Это же… изумительно! – отец дрожащими руками перебирал наброски, и просто светился от счастья. – Ты же разрешишь мне их воссоздать?

Света, конечно же, разрешила. И с тех пор, вот уже десяток лет, Юри талантливо воплощает в жизнь идеи дочери.

– Ладно, папуль, я в роуминге, так что особо не поговоришь… Я тебе в скайп постучусь на днях.

Старайся быть на связи.

Тепло попрощавшись с отцом, Света умылась, достала из закромов свой старый медицинский костюм, тапочки (размер-то у нее – о-го-го, любому мужику подойдет). Теплый халат, в таких санитарки обычно выскальзывают на улицу покурить, и который без надобности пылился у нее в шкафу. Колпаки у Моли были достаточно приметные, поэтому тут нужно что-то попроще.