Ведь они не ты

Он откровенно рассматривал Полину – серебро глаз, профессионально оттененных легким макияжем, подчеркнутая естественная красота лица, точеные ножки на каблуках, угадывающиеся при движении, когда шелковистое платье ее облепляло, тонкая талия, подчеркнутая широким поясом, поднятая копна светлых волос, открывающая изящную шейку, отсутствие украшений, лишних при данном одеянии.

Настоящий шик! Не приобретенный годами уроков и специального глубокого изучения и прививания вкуса – естественный! Как дыхание.

Он почувствовал удар тока, когда здоровался с ней за руку, пришлось приказать себе остыть, по крайней мере не разогреваться до поры.

И тогда Соболев решил – не отпустит! Понять бы еще, будет это непродолжительная интрижка для удовлетворения его телесного жара или нечто более продолжительное, интересное.

Ему понравилось, что она представилась Игнату и говорила с ним. Полина вела себя естественно – смутилась от преувеличенного внимания. Призналась, что трусиха, а вовсе не герой, которым ее все считают.

Где-то под горлом у Александра Михайловича, не обращая на его попытки контролировать эмоции, зашевелился теплый комок нежности.

Представив Полину Дмитриевну гостям, губернатор широким жестом пригласил всех присутствующих к столу. Почетным гостям отвели центральные места от господина Макарова за длинным столом: Полина Дмитриевна со своим кавалером – директором завода Князевым – слева от Соболева, Игнат Карлович справа, а сам губернатор с женой и дочерью расположились напротив.

Александр с удовольствием принялся за еду, обнаружив, что проснулся зверский аппетит. Он теплел левым боком от постоянного осознания Полининого присутствия рядом, не забывая подавать малозначительные реплики ни о чем, сопровождающие, как правило, любой банкет до третьей рюмки и первого насыщения присутствующих.

Организаторы расстарались, надо отдать им должное – стол был богат и изыскан, обслуживание на самом высоком уровне. Банкет двигался своим курсом, постепенно гости разбились на группы до следующего, призывающего к объединению тоста.

Полину часто восхваляли, поднимали бокалы за нее, за ее талант, профессионализм, за прекрасные глаза и неподражаемую красоту.

Полина Дмитриевна искренне смущалась и краснела от непрекращающегося внимания. Она с энтузиазмом рассказывала про специалистов, которые работают на заводе, про самородков, что трудятся всю жизнь на благо предприятия, про чиновников, которые поддерживают все проекты, шутила.