Бывшая в употреблении, или Актриса погорелого театра

Сабина незаметно перевела дух – если бы муж невольно не подсказал ей ответ, она бы совсем растерялась, а врать ему в мелочах совсем не хотелось – их невозможно запомнить лжецу, но именно нюансы всегда помнит тот, кому соврали. Дикая несправедливость!

– Ты представляешь! Забыла кошелек и ничего не купила, – сразу нашлась девушка.

– Встреть меня вечером, сходим вместе, купим что-нибудь неприлично дорогое и вкусное. У меня для тебя сюрпри-из! – весело протянул мужчина, заключая талию любимой жены в объятия. – Устроим романтический ужин в джакузи, займемся развратным сексом, ммм?

Глаза Сабины загорелись – муж еще после свадьбы хотел подарить ей набор с бриллиантами.

Она повисла у него на шее и зачмокала его лицо под его счастливый смех. И даже когда он крепко поцеловал ее, лишь на мгновение испугалась и изумилась, как Дима не заметил ее припухшие истерзанные Виктором губы. Ее муж настолько идеален, что не замечает очевидного!

– Ди-им… – протянула она, смотря ему в глаза, – ты такой классный…

Она ничуть не лукавила в этот момент, и даже, как ей казалось, любила его.

– Ну-у… ты тоже ничего так… – пошутил он и отпустил жену. – Прости, родная, перерывы у нас короткие, скоро сдаем объект, торопимся.

– То есть этот второй двенадцатый этаж последний?

– Ага.

Дима чмокнул жену и быстро нырнул за ограждение. Подмигнул ей, когда поправлял отодвинутую секцию, оставив Сабину стоять на улице.

Домой она уже не шла, а порхала, улыбаясь во весь рот и что-то напевая. Мысленно она уже представила дорогое украшение, примерила с ним все наряды в любимом бутике, помечтала о новых туфельках и клатче и в красках, прикрывая томный взгляд ресницами, строила глазки воображаемому Виктору в новом шикарном облике светской дивы.

Уж он не устоит перед ней, и не будет никуда торопиться, и секс у них будет страстный и долгий. Она даже не снимет украшение с шеи, ушей и пальчиков. А может быть, и с запястий и лодыжки.

Сабина заглянула по пути в салон красоты на маникюр и педикюр и в этот раз даже не шипела на мастерицу, как делала часто чисто из вредности, давая понять разницу в их статусе.

***

Весь оставшийся день до вечера у девушки было отличное настроение. Она, танцуя и подпевая орущему голосом Джона Бон Джови динамику, вытерла пыль, очистила стеклянные стены первого этажа снаружи – не так давно прошел ливень, и капли забрызгали стекло мутными кляксами – а напоследок натерла до блеска полы и запекла в фольге семгу – любимую рыбу ее строителя.