Его невольница, или Чартер в преисподнюю

Со мной творилось что-то странное. Будто кто-то спустил с цепи всех моих демонов. Не существовало ничего, кроме этой чёртовой коричневой двери. На ней сошлось клином всё, казалось, стоит прорваться к ней – и больше не будет этого ада, останется лишь белый горячий песок, ласковые волны глубокого Чёрного моря, яркое солнце и свобода…

Один турок – тот, что тыкал в губы свой мерзкий член – отлетел в сторону, только щёлкнуло что-то в руке – или в его челюсти? – когда с размаху ударила сжатыми в кулаки руками.

До двери осталось всего два шага. Потом толкнуть её и бежать. Прятаться. Перегрызть верёвку, когда буду в безопасности.

Я шагнула, но…

…словно иссякла. В одно мгновение комната поплыла вбок, ноги подогнулись. Стало невыносимо тяжело переставлять их, как в дурном сне. Словно какая-то сила включилась и противодействовала любому моему движению.

Ещё шаг…

Дверь открылась, солнечный луч, невесть откуда взявшийся в этом аду, очертил голову ослепительного красивого черноволосого мужчины лёгким нимбом. В затуманенном разуме мелькнула мысль, что это сам Господь спустился с небес и принёс за собой свет.

Я собралась с последними силами и, казалось, сделала ещё маленький шаг… и упала в руки своему спасителю.

– Спасибо, что пришёл за мной… – прошептала и провалилась в нирвану.

***

– Девушка очнулась… – услышала голос женщины, говорившей на турецком.

Вместе с ним пришла боль в правом плече, кистях рук, обеих почках. Голова казалась центром проблем – виски будто простреливало, кожа болела до кончиков волос. Глаза открывать оказалось тоже больно – веки словно наждачкой срывали слизистую. Так же дико сухо было во рту. Карта тела алела перед внутренним взором пятнами боли.

Я с трудом разлепила губы, казалось, кожа на них треснула.

– Где я? – прохрипела едва слышно по-русски.

Рта коснулась мокрая ткань, промочила иссушенную кожу. Надо мной склонилась полная черноволосая женщина в молочно-белом колпаке и таком же одеянии. Держать глаза открытыми не могла – слепило всё белое, ярко освещённое солнечными лучами.

– Что случилось? – прошептала, жадно проглотив капли просочившейся в рот воды. – Пить хочу…

Захотела подняться, превозмогая слабость, но оказалась связанной по рукам и ногам.