Его невольница, или Чартер в преисподнюю

Я привычно ласкала свою грудь, не отпуская его похотливый, подернутый дымкой желания взгляд, облизывала свои соски и двигалась ему навстречу.

Уже скоро мной снова владело возбуждение, но оно властвовало над телом, а сознанием я смотрела на мужчину широко распахнутыми глазами и искала в нём ответ на вопрос – зачем я здесь на самом деле? Он хочет трахать меня долго? Пусть. Надеялась лишь на то, что меня, когда вдоволь натрахаются, не вышвырнут в море на корм акулам, как обещал Энвер. Трудно было расслабиться, я чувствовала себя механической куклой, включенной на нужный хозяину режим.

– Ах…ах… – застонал Месут, отвлекая меня от нерадостных и несвоевременных мыслей. – Трахни меня, татла…

Это часть наших встреч мне всегда нравилась больше всего. Он привычно сел на пол, задрав голову на постель, а я села ему на лицо с широко разведёнными ногами и задвигалась в том ритме, как нравилось мне, прижимая его голову к своей промежности.

Месут любил грязный, отвязный и развратный до беспредела секс.

Предсказуемый…

Он терзал в кулаке член и послушно делал всё, что я хотела. И именно сегодня у меня будто сорвало стоп-кран. Хотелось отыграться на нём за свой страх и пугающую неизвестность, унизить его, опустить ниже себя, заставить почувствовать подневольным.

– Хочешь меня? – спросила зло, прищурившись и раздвигая складки, чтобы кончик его языка плотнее ласкал клитор. – Хочешь, грязная собака? – я села плотнее и, не отрываясь от его лица, поелозила по его рту, с удовлетворением слыша мычание, пощекотавшее меня изнутри, и проникший в лоно язык.

 – Я буду мучить тебя долго, пока ты не запросишь пощады, пёс.

Я приподнялась. Давая ему вдохнуть, и услышала восторженное:

– Вах, татла… такая горячая… ах-ах…

Я и горела. Полыхала адским огнём ненависти, щедро питавшимся моим страхом. Схватила бикини и скомандовала, вставая:

– Руки!

Месут сжал кулаки и послушно протянул мне их, сложив запястья вместе, смотрел на меня с обожанием в заблестевших глазах.

Я связала его и оторвала вязку от второй части купальника, присела перед мужчиной и перетянула член у основания, чтобы не мог кончить, обняла его ладошкой проверить – он налился ещё больше. Раскатала на нём презерватив, лежавший на столе – Месут всегда клал его рядом перед началом оргий.

В голове что-то переклинило, воображение рисовало самые непристойные позы и слова.