Дело всей жизни. Книга вторая

– Ты, выходит, в долги меня загнал…

– Ёк теремок, та какие долги? – перебил, замахав рукой мужик.

– Ну как это? Убираешь, мёртвые тебе вон и тучи разгоняют… – я достал бумажник, вынул рыжую пятёрку и протянул ему банкноту.

Бомж отпрянул:

– Забери свои богатства! Куда я с ними? В первом магазине скажут – обворовал кого, да ментов вызовут. А те отлупят да отберут. Не надо, соточку дашь на сахарок, и спасибо.

Я вернул бумажку в бумажник. Бомж поставил меня в тупик.

– Может, ко мне поедем? Поешь, помоешься как надо?

Бомж затряс головой:

– Не, парень, человек – такая скотина, к хорошему враз привыкает.

Потом из тепла и сытости на улицу – это как заново всё потерять.

Я вздохнул.

– А есть магазин поблизости?

– Удумал чего? – прищурился Алексей Леонидович.

– Водки куплю тебе, снег ляжет – пригодится.

– Вот это спасибо! Это приму! – заулыбался. – С могилок не пью, нашему брату туда отраву сыплют, как собак травят, – сморщился. – А магазин вон через лесок по тропе с километр, – махнул рукой вдоль МКАДа.

– Не уходи, скоро вернусь…

…В замкадье нашёлся не только продуктовый магазин, но и сток с одеждой. Пятёрку разменял, когда покупал водку и две пары толстых шерстяных носков, потом зашёл в аптечный закуток, купил что-то от кашля – вспомнил про бронхит бомжа.

Когда вернулся, Алексей снова согревался чаем. Я сел и поставил перед ним бутылку водки и положил носки, больше похожие на валенки – толстые, высокие, плотные.

Бездомный довольно крякнул:

– Угодил. Ноги-то я совсем спортил, хорошее дело… – крутил подарок, улыбаясь.

Я взглянул на часы – до конца дня ещё далеко. Вздохнул. Надо бы заглянуть в супермаркет, пройтись со своим списком.

– Ладно, Алексей, пора мне. За могилку вот, возьми… – вытащил из бумажника разменные купюры и сунул ему в руку, – …не откажись, я правда благодарен. Да и старикам не так одиноко было с тобой, – улыбнулся. – Я ведь скоро улечу, одни останутся снова.

 – Я встал и уже вышел за оградку, но вернулся, снял с руки часы – эксклюзивный «Rolex», белое золото с платиной, подарок Германа – и положил перед бомжом. – А это за правду жизни.

***

США, Нью-Йорк

Из Payne Whitney меня выписали лишь через пять дней. И я сразу угодила в руки Рассела:

– Я предупреждал, – ответил он на мой тяжёлый вздох и недовольный взгляд.

– Я должна была выйти на работу в «Demeter» ещё неделю назад.