Пентаграмма

Харри слушал ровное жужжание ее голоса и думал о том, что же сейчас делает Ракель.

Они остановились перед черной железной дверью.

– Спокойной ночи, Харри.

– А… ты поедешь на лифте?

– А что?

– Ничего. – Харри сунул руки в карманы и почувствовал, что теряет равновесие. – Осторожно. Спокойной ночи.

Вибекке с улыбкой подошла к нему и поцеловала в щеку. Харри жадно втянул ноздрями ее запах.

– Может быть, в следующей жизни, – шепнула она.

Дверь мягко и бесшумно закрылась за ней и тихо защелкнулась.

Харри стоял и смотрел на витрину, пытаясь сосредоточиться. Что-то было не так. Нет, не выбор надгробных плит, а отражение. На краю тротуара через улицу стояла машина. Если б Харри хоть немного интересовался ими, то знал бы, что это эксклюзивная игрушка – спортивный японский автомобиль.

– Чтоб тебя… – тихо выругался Харри, выходя на дорогу.

Мимо, визгливо сигналя, проехало такси. Он подошел к машине и встал у двери водителя. Темное стекло опустилось.

– Что, черт возьми, ты здесь делаешь? – прошипел Харри.

 – Шпионишь за мной?

– Добрый вечер, Харри, – зевнул Том Волер. – Наблюдаю за квартирой Камиллы Луен. Смотрю, кто приходит-уходит. Не на пустом же месте возникла идея, что преступник всегда возвращается на место преступления.

– Это бред, – сказал Харри.

– Как ты сам понимаешь, больше уцепиться-то не за что. Убийца оставил нам не много улик.

– Преступник, – поправил Харри.

– Или преступница.

Харри пожал плечами и сделал шажок в сторону, чтобы не упасть.

Приоткрылась дверца со стороны пассажира.

– Залезай, Харри. Надо поговорить.

Харри посмотрел на открытую дверцу. Подумал. Сделал еще один шаг в сторону. Обошел машину и сел.

– Подумал? – Волер убавил звук в магнитоле.

– Да, подумал, – ответил Харри, ерзая: на тесном ковшеобразном сиденье было неудобно.

– И какой же правильный вывод ты сделал?

– Судя по всему, тебе нравятся красные японские спортивные автомобили. – Харри с размаху хлопнул по приборной панели.

 – Солидная вещь. Скажи… – Харри сосредоточился на дикции. – Ты в таком автомобиле разговаривал со Сверре Ульсеном в Грюнерлёкке в тот вечер, когда убили Эллен?

Волер несколько секунд молча смотрел на него, прежде чем ответить:

– Харри, я не понимаю, о чем ты.

– Нет? Ты ведь знал, что Эллен догадалась: это ты стоишь за контрабандой оружия. И позаботился о том, чтобы Сверре Ульсен убил ее, прежде чем она кому-нибудь расскажет.