И один в поле воин

– Совершенно излишне, но если вы так хотите…

– Я настаиваю на этом, а в знак нашего сближения мы с вами выпьем по рюмке коньяка. Согласны? Признаться, так шумит в голове после вчерашнего…

– Ну, если ради исцеления, то я не оставлю коллегу в беде, – смеясь, согласился Гольдринг.

– В таком случае прошу разрешения покинуть вас на пять минут, я лишь сбегаю к себе в комнату.

Не ожидая ответа Гольдринга, Кубис направился к двери.

– Одну минуточку, – остановил его барон. – Вы уходите, а секретные бумаги оставляете на столе? Не лучше ли спрятать их в сейф?

– Пустяки! – махнул рукою Кубис.

 – Вы, лейтенант, посвящены в не менее важные секреты, чем я, и к тому же я рассчитываю на вашу скромность.

Автоматический замок щелкнул. Послышались удаляющиеся шаги Кубиса.

Генрих взглянул на бумаги, вынул сигарету, медленно размял ее и подошел к окну.

Когда за дверью послышались шаги, Гольдринг даже не оглянулся, словно не слышал их.

– Простите, обещал вернуться через пять минут, а вернулся через семь! – Кубис подошел к сейфу, плотно закрыл его и только после этого вынул из одного кармана бутылку, а из другого две пластмассовые рюмки и начал разливать коньяк.

– За проигрыш, обернувшийся ко мне выигрышем! – провозгласил гауптман.

– В таком случае и за мой выигрыш! – в тон Кубису произнес Гольдринг, поднимая рюмку.

«Прошел еще одну проверку!»– промелькнула у Генриха радостная мысль.

Альбом майора Шульца

Впервые за много дней солнце прорвалось сквозь тучи и залило лучами землю.

Воспользовавшись перерывом, офицеры в одних мундирах высыпали во двор штаба. Одни, щурясь от солнечного света, грелись на крыльце, другие небольшими группами прохаживались по двору, о чем-то разговаривая. Немало народа собралось и у блиндажей, расположенных вдоль дороги, напротив входа в штаб. В блиндажах офицеры обычно прятались во время налетов авиации. Но сейчас здесь происходило своеобразное соревнование в стрельбе между лучшими стрелками штаба Шульцем и Коккенмюллером.

По условиям соревнования стрелок должен отбить горлышко бутылки, поставленной в тридцати метрах от стреляющего на земляном настиле блиндажа.

В случае меткого попадания он получал от партнера две бутылки коньяка или их стоимость. Если пуля попадет не в горлышко, а просто в бутылку, стрелявший должен уплатить партнеру одну бутылку коньяка, а если пуля совсем не попадет в мишень двойной штраф – две бутылки коньяка.

Первым стрелял Коккенмюллер.