Нибиру

В космосе они не нужны.

Я посильнее сжал объятия. Что если я прекращу мучения прямо сейчас. Попробую содрать шлем с Нильса, или разбить стекло.

– Если мы врежемся в носовую часть корабля, мы же сможем перейти назад? – Голос Нильса заставил меня вздрогнуть и расслабить мышцы. Я, едва не приступивший к осуществлению страшного плана, сглотнул воздух.

– Да, сынок. Конечно.

Но инопланетный разведчик не ударился в нас носом. Даже если б мы не хватались за него, дыра в задней части на очередном витке поглотила бы нас.

– Как удачно. – В голосе Нильса слышался по-настоящему детский восторг, и я взмолился неведомой силе, которая остановила меня от детоубийства. Пусть последние мгновения его жизни будут весёлыми.

– Нужно хвататься за ближайший край, – сказал я. – Иначе нас отшвырнёт. Выстави вперёд руку.

Комбинезон Нильса зашевелился. Мы едва нашли подходящий размер. На наших фермах не было ребят с размерами kid size, но в запасниках несколько уцелели. Рваная рана корабля ударила нас по ногам, и реальность закрутилась.

– Папа, что это? – испуганно спросил Нильс. – Почему корабль завертело.

– Это не корабль завертело, – усмехнулся я.

– Ааааа. – Голос Нильса тоже улыбался. – Это нас вертит.

– Да. Старайся ухватиться за что-нибудь. Мы влетаем внутрь инопланетного корабля.

Последние слова я произнёс строгим военным голосом, а сам поглядел на остаток кислорода. Тридцать процентов. До начала нашей смерти оставалось минут двадцать.

Нильса немного качнуло в сторону, и его комбинезон вырвался из моей руки. Во мраке чужого корабля мне на шлем бросилась змеевидная кишка корабля, и я обхватил отросток руками.

А кто сказал, что мы найдём инопланетную форму жизни? Возможно, иная цивилизация послала к нам рой беспилотников. Хотя, интерес взглянуть на инопланетные технологии появился теперь и у меня.

– Пап! Я стою на ногах! – услышал я взволнованный голос Нильса.

– Молодец, сынок, я тоже, – отвечаю, запыхавшись.

– Смутно. Что-то белое.

– Вот осторожно двигайся ко мне. Не упади.

– Иду, пап.

Тем временем я оглядывал тьму перед собой. Лишь узкая полоска света, сотканная из солнечных лучей, освещала нутро, не давая разглядеть обстановку. Подождав немного, я отцепил замочки, держащие слой солнцезащитного забрала, и поднял его.

Солнце осветило кабинку – не больше рубки нашего самолёта. Пульт управления с массой кнопок и тумблеров и кресло.