Назад в 1918

Если в предыдущих экспериментах участвовали сначала подопытные крысы, а потом бездомные кошки, то теперь подопытным кроликом стал он сам. Вскоре Захар стал чувствовать, что его тело словно рассыпается на молекулы, а потом на атомы. Потеряв сознание, путешественник увидел перед собой черную воронку внутри которой показался красный свет. Засасывая его в свое чрево воронка как живая то расширялась, то сужалась в размерах. Кружась в воздушном потоке словно мотылек, Самойлов ощущал себя пылинкой в космосе.

– Неужели получилось? – прижав руки к груди закричал седой мужчина и в следующее мгновение грузно упал на пол.

Лежа на полу, казалось, что он пребывал в обморочном состоянии.

– Э-э-э, товарищ, не нужно умирать! – с иронией сказал Захар с трудом приподнимаясь со стула.

Открыв глаза, профессор Вронский посмотрел сначала в потолок лаборатории, а потом повернув голову в сторону путешественника во времени глупо спросил:

– Мне это кажется или вы действительно из другого времени?

– Да, я Урфин Джус из Галактики Медея, прибыл на вашу планету с дружественным визитом! – пытаясь не заржать, серьезным голосом проговорил Самойлов.

– Я смог, я гений! – быстро вскочив на ноги громким голосом закричал исследователь и стал кружить по лаборатории смешно взявшись пальцами за ворот белого халата. Выписывая пируэты, он вдохновенно исполнял знаменитый еврейский танец – семь сорок. Для полноты впечатлений не хватало скрипки и подобающего исполнения, но и так задорный танец профессора впечатлил молодого путешественника прибывшего из двадцать первого века в двадцатый.

Аплодируя старику, Захар вежливо поинтересовался:

– Скажите, уважаемый, а какой сейчас год?

– 1918, май месяц, – продолжая танцевать, ответил Вронский.

– Интересно девки пляшут, отправлялся в 1905, а попал в 1918! – задумавшись, произнес молодой человек. Через мгновение профессор устав танцевать тяжело плюхнулся на стул и вытер платком потный лоб. Восторг исследователя сменился неуемным желанием получить как можно больше и быстрее информации про то время в котором жил прибывший мужчина.

Словно пулемет Максима выплевывая предложения, Вронский хотел получить ответы на свои вопросы. Замахав руками перед собой, Захар просящим голосом сказал:

– Прошу вас не так быстро и тише, а то моя голова сейчас готова разорваться на мелкие кусочки от боли!

Как и в первом варианте перемещения, Захар столкнулся практически с теми же вопросами.