Куявия

Ну, если даже осторожный Шварн такое брякнул, то мы с Чудином не такие уж и серьезные… Верно, Чудин? Вот мы двое решились… опередить Шварна. Собственно, мы все трусы, Иггельд. Ты проложил тропу, а мы по ней, за твоей могучей спиной… Принимай нас под свою могучую руку. Мы сейчас приехали повынюхивать, что и как, а если ты не против, то подберем себе по пещерке, а на следующей неделе приедем уже с дракончиками. А ты нам покажешь, как с ними обращаться правильно.

Иггельд ошалел, завопил:

– Какую могучую руку? В чем я могу быть против?.

. Моя долина, что ли?.. Приезжайте, я буду счастлив, что я не один. А насчет показывать, так не смешите! У вас гораздо больше опыта и умения!

Беловолос покачал головой.

– Нет, Иггельд. Уже нет. У нас старые методы, с веревками да штырями. Но нам хотелось бы так, как и ты!.. Так что ты обогнал всех по умению. Кто-то знает больше, но ты – лучше. Так что мы будем учиться у тебя и смиренно просим принять нас к себе в ученики.

Он преклонил колено. Чудин тоже встал с ним рядом, и оба, коленопреклоненные, смотрели снизу вверх.

Иггельд от смущения чуть не заплакал, а тут еще Черныш подошел и начал обнюхивать обоих, вяло лизнул Беловолоса, от обоих сильно пахнет драконами, так что можно с натяжкой считать своими, Беловолос и Чудин хоть и смертельно побледнели, чувствуя нависающую над ними громадную пасть с горячим дыханием, но остались на местах.

Иггельд торопливо и сбиваясь на каждом слове произнес формулу принятия в ученики. Оба встали, Беловолос сказал с бледной улыбкой:

– Надо ввести это в ритуал, освященить, так сказать… чтоб вот так свободный дракон стоял и обнюхивал каждого.

Кто не испачкает штаны, того принимать. Кто хотя бы пукнет, того на корм, на корм! Чтоб сразу отсеять трусов.

Чудин сказал серьезно:

– А что? Для нового мира нужен новый устав.

Иггельд запротестовал:

– Какой новый мир?

– Новый, – возразил Чудин.

А Беловолос добавил:

– Не смейся, мы долго думали, прежде чем… Все-таки если ты сюда поневоле, то нас никто не гнал.

Потому мы долго раздумывали, размышляли, спорили, чуть не дрались.

– Не дрались? – переспросил Чудин.

Беловолос отмахнулся.

– То не в счет. Оба пьяные были. Но могли драться и трезвые… Ты сам не понимаешь, что сделал, да?

Иггельд сказал виновато:

– Наверное, да. Я просто не мог принять то… как было там, на старом месте.

– Ты ушел и доказал, как надо, – сказал Беловолос. – Да, доказал всем!..