Братья и сестры в реестре

Она совершенно беспардонно и нелогично пересекала городскую улицу, обрывая её на полуслове.

Сверху, на высоте метров тридцати, стена заканчивалась, уступая место чудовищной аркаде, за которой как будто стлался то ли полог, то ли прозрачная преграда. По крайней мере, так это выглядело в ночи.

Олег опустил взгляд и увидел прямо перед собой…

Да это ж иллюминатор! Только диаметром метров десять!

Стеклянная преграда напоминала чуточку искривлённую линзу.

Олег вытянул руку и постучал. Явно бронированная.

Звука практически не даёт – значит толстенная.

Обрамлена массивной рамкой, похожей на бронзовую. Олегу вспомнились гравюры к Жюлю Верну, на которых изображён «Наутилус» – основательный, стальной, изысканный.

Только здесь никаких «Mobilis in Mobile[27 - (лат.) подвижный в подвижном.]».

По верхней границе рамки шло полукруглое: «Смотровая площадка №3СРГ» огромными рельефными буквами.

Олег приплюснул лицо к линзе, ощутив лбом какой-то замогильный холод. За стеклянной преградой угадывались сумрачные очертания – как будто городской улицы, только неуловимо неправильной.

Но в чём этот изъян заключался, голый сновидец так и не смог определить.

Прислонил ухо. Снова холод и странный вяжущий звук – как от ракушки с «шумом моря».

И вдруг в стекло раздался удар, который словно потряс частицы в атомных решётках его тела.

Олег отпрянул. В линзе виднелись всё те же неясные очертания тёмных домов, засыпанных листвой тротуаров и погашенных фонарей.

В эту секунду Каспер словно покинул своё тело.

Он увидел впереди, метрах в тридцати хорошо освещённый иллюминатор, в котором застыл напряжённый человеческий силуэт. Изображение подрагивало, искажалось, плыло – и было в оттенках бледно-красного и сиреневого. Картинка сопровождалась каким-то гидравлическим свистом.

Олег моргнул, и наваждение исчезло. Он снова был внутри самого себя.

– Всё ещё остаточные наводки. Когда же он, наконец, синхронизируется? Глупый маленький гип. Глупое вялое человечество.

Тихий скрипучий голос раздавался сзади. Олег обернулся, но не увидел ничего, кроме латунного механизма в форме диска, который медленно удалялся. Под его брюхом шуршали щётки и слышалось биение водяной струи. За механизмом оставалась влажная полоса асфальта.

Олег потряс головой, отгоняя наваждение. Показалось. Конечно, показалось. Ещё коммунальная техника с ним не разговаривала!

Мужчина вспотел, и его прошиб почти электрический холодок.