Мертвое Царство

Постепенно из сумерек вырисовывались очертания предметов: на полу стояла огромная ваза, которую я могла опрокинуть, если б забрала чуть правее, в углу приютился огромный свёрнутый ковёр, на потолке поблёскивали хрусталём старинные люстры, но ни в одной из них не было свечей. Пахло деревом, лаком и старой бумагой – запах затворничества, запах добровольно выбранной медленной смерти среди вещей.

– Чем могу помочь?

В прихожую вышел юноша, на вид младше меня. Русые волосы он расчесал на косой пробор, а руки держал за спиной, как вышколенный дворецкий.

Должно быть, подмастерье.

– Добрый день. Мне нужно увидеть господина Нимуса Штиля. Вы проводите меня к нему?

– С радостью. – Юноша улыбнулся и кивнул в сторону основного помещения, отделённого от прихожей шторкой из сверкающего стекляруса.

Я прошла за ним, украдкой разглядывая странную одежду юноши: не то халат, не то кафтан с длинными рукавами, закрывающими кисти рук.

Юноша провёл меня в круглое помещение со столом и стульями с высокими спинками.

Здесь было два узких окна в частом переплёте, но света от них падало совсем мало, потому что их до половины закрывали книжные шкафы. Этот не то кабинет, не то приёмная произвёл на меня странное впечатление: кругом было слишком много вещей. Вещи стояли на полу, громоздились на полках, теснились друг на друге. Старые, очень старые и древние. Одни выглядели дорогими, другие – баснословно дорогими. Юноша сел за стол, а я так и стояла, даже приоткрыв рот. В нашем поместье хватало антиквариата, но теперь я чувствовала себя маленькой девочкой, очутившейся в шкатулке, доверху набитой драгоценностями.

Отвары Ферна сделали своё дело – после них меня больше не трясло, и пусть скорбь никуда не делась, зато к ней примешалась решимость. И чем дольше я смотрела, тем больше видела – глаза привыкали к полумраку и обилию предметов. На стенах, не заставленных шкафами, висели картины – их было так много, что не оставалось ни пяди свободной поверхности. Я присматривалась: что-то в этих картинах тревожило, но я пока не могла понять что.

– Присаживайтесь, – пригласил провожатый.

Я мотнула головой и села на стул. Мне стало стыдно за то, что так глазела, словно оборванка, впервые ступившая в дом богачей.

– Мне нужен господин Штиль, – повторила я.

– К вашим услугам, – вздохнул он.

Наконец я поняла, что, кроме нас двоих, в лавке больше никого нет, стало быть, юнец и есть Нимус Штиль, антиквар.

– Прошу прощения.