Классициум

Из лохмотьев осыпалась какая-то пыль, сапоги лейтенанта сразу стали серыми, тут и там возникали на длинных голенищах серые звезды, такие же, как на палубе, такие же, как раньше на скалах.

– Отчего погиб этот человек? – прокричал капитан.

Холройд уже достаточно понимал по-португальски, чтобы дословно понять слова лейтенанта: «Непонятно… Труп страшно распух… – Отвечая, лейтенант заткнул специальной пробкой стеклянную пробирку, на мгновение опущенную к трупу; видимо, в нее попало несколько муравьев. – Похоже, труп изъеден изнутри».

– А что там в носовой части? – крикнул Жерилло.

Лейтенант сделал несколько шагов, но внезапно остановился.

Несколько раз он даже энергично притопнул, но серые звезды с голенищ его высоких сапог не опали, напротив, они поднялись выше. Да, они поднялись. Эта плесень умела передвигаться. Лейтенант и сам теперь шел по палубе какой-то странной походкой. Он будто переступал через какие-то невидимые препятствия, а иногда судорожно вскидывал руки к шее, будто его настигала внезапная боль.

Тем не менее он добрался до второго трупа и наклонился над ним. «Мы зря сюда пришли, капитан». Он действительно это произнес. «Запросите базу». И добавил: «Протон».

Муравьи или плесень, неважно что, тем временем очистили палубу.

Грязные доски, спутанный канат, тряпье, распухшие трупы. Даже на сапогах лейтенанта звезды растаяли, как серые снежинки в тепле. Жерилло направил бинокль во тьму маленькой каюты и вздрогнул. Ему показалось, что плотная тьма полна изучающих внимательных глаз.

Он всё более и более убеждался, что на кажущейся пустой куберте происходит какая-то огромная, хотя и малоприметная, таинственная работа. Он будто бы разглядел во тьме каюты какие-то пятна. Нет, они не светились, но позже капитан утверждал, что видел что-то шевелящееся. Увлеченный этим зрелищем, он на минуту забыл о лейтенанте, но тот сам напомнил о себе криком. Обычно так не кричат, такой страдальческий вскрик вырывается самопроизвольно. Буквально одним прыжком португалец достиг борта и бросился в воду…

3

[…] вышли из каюты, в которой лежало распухшее и обезображенное тело лейтенанта, и, стоя рядом на корме, не сводили мрачных взглядов со зловещего судна, плывшего за ними на буксире.

Душную темную ночь разрывали зарницы. Капитан всё время возвращался к словам, которые произнес лейтенант да Кунха в предсмертной горячке. «Запросите базу». Зачем?

– Наверное, вы думаете, что это я убил лейтенанта? – понизив голос, выругался он.