Непрощённые

Как бы не был чист лес, как бы не старалась луна, для человеческих ног все-таки недостаточно, чтобы не спотыкаться о каждый случайный корень или кочку. Хотя Мэйр и пытался выбирать самые безопасные и ровные тропы, однако то и дело слышал за спиной, как срывается шаг принца, а иногда до него доносился и звук сдавленных ругательств.

Люди плохо способны видеть в темноте, даже при лунном свете, поэтому во время Большой войны Старшие старались нападать именно ночью. Ночью человек слабее, он хуже видит и он по природе страшится темноты.

Тогда как для любого Старшего ночь – это первый союзник. И для охоты и для войны. И именно поэтому Мэйр никогда бы не повел племя в битву на открытых Красных долах, да еще и на рассвете. Но что теперь рассуждать.

– Ты доверяешь этому магу? Как его там – Ри? – неожиданно сам для себя спросил Мэйр, чуть сбавив шаг.

– Насколько это возможно, – холодно отозвался принц. – Я знаю его с детства, он был другом моей матери. Когда Безумный Император лишил его титула Великого мага империи, он вернулся ко двору моего отца.

– Чем он же так разгневал Императора?

– Отказался участвовать в Большой войне.

– Вот как? – удивился Мэйр. – Необычный поступок.

– Тебе хорошо, наверное, известно, что причины могут быть самые разные, шенни, – огрызнулся Сингур.

– А твой отец стало быть поддержал опального мага? Несмотря на свою преданность Императору? – Мэйру действительно стало любопытно, хоть он и понимал, что Сингур таким расспросам совсем не рад.

– Ты думаешь я готов обсуждать с тобой решения короля Сианы? – язвительно усмехнулся принц.

 – Я благодарен тебе за помощь, но цену этой благодарности ты назвал сам. И уж тем более я не настроен обсуждать с тобой что либо вне рамок нашей договоренности.

– Отлично сказано, – пробормотал Мэйр.

Юный принц начинал ему нравиться. Он был смел, умен и прямодушен. Избалован, как водится, но для принца это не грех. Так что вполне со временем будет неплохим правителем, уж получше многих до него. И свой первый бой насмерть – а что бой и смерть противника были первыми, Мэйр не сомневался – он переживал вполне достойно.

Видал Мэйр таких мальчишек и раньше, взрослеющих в сражениях, когда жизнь заставляла менять и меняться. Они потом становились отличными воинами и надежными товарищами. Если выживали, конечно.

– Не злись, принц, – примирительно сказал Мэйр. – Я спрашиваю потому, что, если в этих событиях как то замешан маг, мне будет сложно помочь тебе. Мага я не потяну.