Поезд на Риддер

Тебе, видишь ли, только догадаться, кто это такая, уже стало страшно… Ученые, слава богу, поняли кое-что, когда сунули свой длинный нос в цепную ядерную реакцию деления, когда натворили дел с генной инженерией. Поняли и поджали хвост. Есть области, куда нельзя заходить с нашей дурацкой чертой всюду искать для себя пользу.

– Да какое мне дело до тех, кто что-то там понял! Я ничего не хочу понимать! А желаю знать, какая чертовщина меня ещё ждет!

– Темна вода во облацех… – изрек Гай таинственно, словно нащупывая истину.

 – Древние греки делили людей на живых, мертвых и на тех, кто в море. Но разумнее было бы на живых, мертвых – и нерожденных… Нерожденные мстят.

– Мстят?!

– Своим несостоявшимся родителям. Усложняют их обстоятельства жизни. Иногда делают их совсем невыносимыми. Скажи, почему ты все-таки не завел детей?

Кеншин поскреб мизинцем висок.

– Видимо, потому что рожденные дети так же усложняют эти самые обстоятельства.

– Тогда не удивляйся никакой чертовщине, – посмотрев на часы, Гай стал собираться.

 – Мне пора… вот что, ты не мог бы завтра в полдень быть на телефоне? – он рассовывал по карманам спички, сигареты, носовой платок.

– Ты уходишь?

– Извини, если не отдохну хотя бы часа четыре, завтра на службе чепухи наделаю. Значит, не забудь – в полдень на телефоне.

Кеншин не стал провожать его до дверей – не хотелось тревожить уснувшего на коленях Сима. Они попрощались, и Гай ушел.

Словно змея проползла по душе. «Вот же дурь полная! Но с другой стороны, а что ты хотел за свою благоглупость?»

Портрет ожил.

Сколько копий уже было? Вероятно, это десятая или одиннадцатая, написанная с той самой, принесенной ветром, фотографии. Каждый раз Кеншин придавал взгляду различное выражение, которое спустя время исчезало и проступала прежняя надменная безжалостность в предвкушении мести. Сейчас, холодея внутри, он воочию наблюдал этот зловещий процесс. И хотя её глаза никогда не источали такой взгляд, это были определенно её глаза. Её и никого другого.

***

Лет шестнадцать или семнадцать назад они познакомились на открытии весеннего вернисажа. Эту девушку не интересовали полотна, она стояла с видом легкой подавленности, ибо она так же здесь никого не интересовала и, вероятно, чувствовала себя, как Наташа Ростова на балу. Кеншин топтался вполоборота к ней. Так получилось, что они одновременно повернулись друг к другу и встретились взглядами.