Наложницы ненависти

Артем нащупал через плед верхушку кола и осторожно вытащил его.

– Скоты.

– Со своей точки зрения, они действовали правильно, – философски пробормотал Треми. – По-другому они бы меня не удержали.

Где-то вдали азартно стрекотали автоматные очереди.

– Кто стреляет? – поинтересовался вампир.

– Инга.

– А где Муба?

– Пьет, наверное, – вздохнул наемник. – Они уехали до того, как тебя похитили.

– Понятно. – Захар помолчал. – Хорошая у тебя подруга, Артем. Очень хорошая.

Жаль, что я так и не смог посвятить ей ни строчки… Пьян был. – Масан покашлял. – Но я обязательно напишу. Позже.

Наемник, поняв, что Треми абсолютно не помнит ночных событий, хмыкнул и задал давно интересующий его вопрос:

– С чего дружинники решили напасть на епископа клана? Спятили?

Под пледом вновь помолчали.

– Неделю назад я высушил обер-воеводу Рукомира. – Даже через плотную ткань Треми почувствовал косой взгляд наемника и поспешил уточнить: – Ничего противозаконного, старик, он вызвал меня на дуэль, я победил и, в полном соответствии с Кодексом, имел полное право на его кровь.

– Дружкам Рукомира это не понравилось, – понял Артем.

– Ага.

– И они решили тебе отомстить.

– Ага.

– Ну что ж, – вздохнул наемник. – Глупость, конечно, дар божий, но злоупотреблять им нельзя.

Выстрелы неожиданно стихли.

– Что случилось? – насторожился епископ.

– Инга вызвала подмогу, – объяснил Артем, осторожно приподнявшись над вампиром.

 – Мы победили.

Как и обещал Ортега, помощь пришла. Не выспавшийся, а потому очень злой помощник Сантьяги вывалился из портала в сопровождении двух гарок – воинов Темного Двора, молча отодвинул в сторону обрадованную Ингу и вразвалочку прошел на крышу. Навы, как и масаны, слабо реагировали на раны, нанесенные простым железом и Ортега мог себе позволить не обращать внимания на стрельбу дружинников.

Дальнейшее напоминало кадры из плохого боевика.

Очень плохого. Из разряда тех, в которых главный герой убивает врагов щелчками, не забывая при этом попивать кофе и обсуждать по телефону планы на вечер. Раздраженным ранним подъемом гаркам потребовалось всего несколько секунд, чтобы навести на крыше идеальный порядок: Гореслав медленно тлел, пробитый «эльфийской стрелой», а обезоруженный Крутополк оказался рядом с прикрытым пледом Захаром.