Фантазии во сне и наяву. Повести и рассказы

Похожее на старую, застиранную простыню небо бесстыдно намекало на скорое грехопадение.

Нынче модно афишировать срам.

Рейтинги ток-шоу от пороков только растут.

Вот и Игорь ищет, как оправдать убийство…

Роль Арбенина в начале пути – не подарок…

Кстати!

Вспомнив о сакральной роли кроличьей лапки, Ксения направилась к газетному киоску. В местной газете бросилось в глаза объявление: развожу кроликов, продаю тушки и шкурки. Адрес: пригород. Полчаса на трамвае.

Ксения поспешила на остановку.

В салоне пассажиров – по пальцам сосчитать.

Она выбрала место у окна. Решила ни о чём не думать, пусть всё будет, как будет. Сотворила молитву: не моя, но твоя воля, Господи, и впала в медитативную дрёму…

11

– Позвольте присесть рядом с вами, – из какого-то параллельного мира прозвучал бархатный баритон.

– Не занято, – подняв глаза, строго произнесла она.

– Вы?! – зрачки в зрачки уставился на неё незнакомец.

– Я это я, а вы, наверно, обознались… – отвела взгляд она.

– Жаль, я думал, в тот вечер вы играли Еву…

– Я во все вечера Еву играла, – перенесла свою сердитость с Гойи на устроившегося в кресле соседа Ксения. – А вас среди завзятых театралов что-то не припомню…

– А я… до мельчайших подробностей. Сцена, камень с солнечной рожицей, вы под яблоней мудрёно говорите Адаму: только Бог верен слову и достоин любви. Но он живёт в небесах, а на земле трудно встретить мужчину хотя бы с маленькой искоркой Божьей. На перепутье, кажется, назывался ваш спектакль, и он, можно сказать, принудил меня искать Бога.

– На перепутье, – примерив к себе нынешней идею старого спектакля, притихла Ксения.

Её молчание попутчик истолковал, как предложение продолжить исповедь…

– В тот день, почти год в море, вернулся из похода, позвонил девушке, а она уже замужем. Бродил по городу, купил билет в театр, в кармане флакон духов «Диамант», в переводе с французского «Бриллиант».

– Вспомнила! – обрадовалась его признанию Ксения. – Волшебный аромат, жаль, сын флакон разбил…

– Надеюсь, наказание было гуманным…

– Три дня успокаивала…

Через минуту они разговаривали друг с другом, будто были знакомы сто лет.

Ксения призналась, что назидания в виде готовых рецептов живут у неё на языке, и слетают с него без спроса, обычно, не к месту.