Королева отступает последней

Что же касается исчезновения Рифера… Эта часть исповеди далась мне особенно тяжело. Приходилось с осторожностью подбирать слова, чтобы не усугубить и без того паршивое положение брата.

– Учёба в Кальдероке была невыносимо сложной, ещё и кадеты с выпускного курса его постоянно третировали, вот он и не выдержал. А я испугалась за будущее семьи и явилась в академию под видом брата. Знаю, что не имела права. Я просто… боялась.

Про Кайяну ни слова не сказала. Узнай император о том, что Рифер сбежал из-за интрижки с принцессой, и его жизнь уже точно будет кончена.

И это особенно пугало.

– Это что же получается… – Адальгер ненадолго задумался. – Вашему брату было сложно, и он не придумал ничего лучшего, кроме как исчезнуть. А что же вы, шиари Ноэро? Вам сложно не было?

– Было… Немного.

Он усмехнулся и, поднявшись с кресла, посмотрел мне в глаза, заставляя чувствовать себя мышью перед удавом или мухой, угодившей в липкую паутину смертоносного паука.

– И тем не менее вы не последовали примеру брата и не сбежали. Что ж, – император пожал плечами, – раз не сбежали, продолжайте.

– Продолжать что, ваше величество? – нашла в себе храбрость и силы спросить.

– Учиться, – просто ответил он и даже (вот уж невероятно!) расщедрился на улыбку: – Кто-то же должен прославить славное имя рода, раз уж ваш брат оказался на это не способен.

Сначала решила, что мне померещилось.

Но Адальгер, усмехнувшись, проговорил:

– Вы не ослышались, шиари Ноэро. Я предлагаю вам продолжить обучение.

– В Кальдероке? – уточнила робким шёпотом.

– В пансионе для благородных девиц магии вас точно не обучат, – пошутил правитель.

Я нервно улыбнулась или, скорее, дёрнула уголком губ.

– Но Кальдерок… это ведь академия для мужчин.

– Что не мешало вам обучаться в ней последние два месяца.

– Я-а-а…

Понятия не имела, что собиралась сказать.

– Или предпочитаете отречься от всех даров, на которые высшие силы оказались столь щедры, и выйти замуж? Дети, семья, уютный домик в деревне? Что скажете, шиари?

Он смотрел на меня с улыбкой, немного насмешливой, немного ироничной. Ответ императору был неинтересен. Просто потому, что уже давно был ему известен.

– Я бы не хотела отрекаться от своего наследия.