Кармическое погружение

Она обреченно знала, что никогда до конца жизни не сможет забыть этот беспомощный, направленный на нее взгляд погубленного вместе с родителями мальчишки.

Недалеко от выхода из сада, Дарья увидела подмастерья, передавшего ей сверток с бомбой. Его испуганные глаза заставили ее понять:

« Этот паренек тоже ослушался приказа и не ушел отсюда. Если он был просто посыльным, не знающим о содержимом свертка, то теперь ему ясна моя роль в этом взрыве. Надо предупредить Грома».

Дарья ускорила шаг, но при выходе из сада остановилась от внезапной догадки, что узнав об осведомлённости подростка о моей роли в покушении, Гром ликвидирует юнца.

Но две смерти юных подростков слишком высокая цена даже для блага революции. И Дарья решила умолчать об ослушании курьера.

…Внезапно в воображении погруженного в сон Думова замелькали как в комиксах отдельные картины из дальнейшей жизни Дарьи Колесовой: работа медсестрой, революция, замужество за офицером Красной армии, арест вместе с супругом в 1937 году, и наконец, смерть от голода в лагере.

Женщина терпеливо переносила жизненные лишения, уверенная, что всю свою жизнь справедливо расплачивается за невинную смерть сына городского головы.

В этот момент сознание Думова неудержимо устремилось вверх, пронзая плотные слои времени и пространства. И он очнулся в кресле в квартире старинного дома, расположенного в одном из Арбатских переулков.

Стоящий рядом с ним старик с крючковатым носом требовательно произнес:

– Рассказывайте все увиденное вами в мельчайших подробностях.

Думов начал говорить. Вспоминать было легко: сознание четко запечатлело малейшие детали чрезвычайного происшествия, имевшего место в далеком 1905 году. Думов даже явственно ощущал запах цветущей акации и тонкий аромат женских духов, а в ушах продолжала звучать выдуваемая оркестром грустная мелодия. Окончив рассказ, Думов подвел итог:

– Ума не приложу, что может означать это видение. У нас в роду не было женщин революционерок, участвующих в метании бомб в царских сановников.

Это абсолютно исключено.

– Охотно верю. Но ваше погружение в прошлое нельзя трактовать прямолинейно и однозначно. Давайте помолчим, мне надо подумать.

И Звездочет, сев напротив гостя, направил свой взгляд в дальний угол комнаты, где на комоде стояло высокое зеркало в узорчатой металлической оправе. Казалось, что хозяин хочет в отражающем действительность посеребренном стекле найти ответ на заданный клиентом вопрос.