Костры из лаванды и лжи

Поставив на стол тяжёлую ношу, она свела ладони перед грудью, глубоко вдохнула через нос, и медленно, с усилием втягивая живот, выдохнула. Потом развела руки в стороны, словно обнимая воздух, сосредоточилась, стараясь уловить незримые эманации светлой энергии… Увы. То ли её чакры были намертво заблокированы, то ли она так и не усвоила уроки дяди Кости, но успокоиться никак не получалось. Плечо ныло, блузка неприятно липла к вспотевшей спине, поясницу болезненно тянуло.

– Ладно, ещё одна коробка. Последняя, – подбодрила она саму себя, толкая дверь на улицу.

 – Самая последняя и всё на это… А-а-а!

Огонь взметнулся перед лицом, стирая окружающий мир. Трескучий жар поглотил все звуки, оставив лишь гул пламени, грохот падающих балок, истошные человеческие крики… Женя зажала ладонями уши и повалилась на колени, не зная, куда бежать – вокруг бушевала разъярённая стихия.

– Помогите, – прохрипела она, ощущая как на зубах скрипит пепел. – Помогите, я здесь…

2. Рабство с французским акцентом

– Тихо, тихо! Всё в порядке.

Знакомый голос пробился в сознание и стал путеводной нитью, возвратившей Женю в реальность. И не было сейчас ничего дороже той теплоты, с которой Максим поглаживал её по плечу. Лёгкий аромат грейпфрута, исходивший от него, хотелось вдыхать снова и снова, лишь бы никогда больше не чувствовать удушливую гарь.

Женя опустила ладони и затравленно огляделась.

Максим сидел рядом на корточках и с обеспокоенным видом заглядывал ей в глаза.

Солнце светило ему в спину, обрамляя ореолом света угловатые плечи и золотя отросшие русые волосы, которые он сегодня не стал собирать в хвост.

Рядом с ошарашенным видом стоял тот самый курьер «Гефеста», дымящаяся сигарета подрагивала у него в пальцах левой руки, а правой он нервно щёлкал металлической крышкой зажигалки. Чуть поодаль, у машины, любопытными сусликами замерли две проходившие мимо старушки. Сама Женя сидела на последней оставшейся на улице коробке с книгами, и та подозрительно прогнулась под её весом.

Вокруг валялись разбросанные листки накладных.

– Что… – Женя откашлялась. – Что случилось?

– Это ты мне скажи, – Максим нахмурился и встал, складывая руки на груди. – Ты так кричала, словно тебя заживо в котел с кипящим маслом опустили! Из бухгалтерии было слышно.

– Я не знаю… – пробормотала она. – Огонь… мне словно в лицо полыхнуло… и я…

Она смутилась и замолчала, уставившись в асфальт перед собой.