Ковен тысячи костей

Не притупляй боль маттиола и воспоминания о Башне, я бы вновь отключилась, харкая кровью себе на колени.

– Еще раз попробуешь колдовать… – прошипел Дарий мне на ухо, запрокинув мое лицо к своему за подбородок. Его большой палец не то случайно, не то намеренно оттянул мою нижнюю губу, разбитую и быстро опухающую. – Еще хоть одно заклятие вырвется из твоей грязной пасти… И этими щипцами я начну отрывать от тебя по кусочку, пока ты не забудешь их все до последнего! Шривпорт до утра будет слушать твои визги и думать, что кто-то режет поросенка.

Ты поняла меня, Дарси? Или как там тебя зовут. Отвечай! Ну!

– Поняла, – выдавила я хрипло, и вместе со словами наружу брызнула еще одна багряная струйка.

– Замечательно.

Я стиснула зубы, защищая их от второго удара щипцов. Несмотря на то что Дарий вкладывал в него неполную силу, он все равно раскроил мне щеку и чуть не оставил без глаза. Вполне удовлетворенный этим, Дарий швырнул щипцы на металлическую поверхность столика и пнул ногой мой стул с такой силой, что я опрокинулась вместе с ним на спину.

Слезы брызнули из глаз. Однако мозг, воспаленный, как и мое лицо, уцепился лишь за одно слово – Шривпорт. Значит, вот где мы. Почти четыреста миль от Нового Орлеана… Черт!

– О, а это у нас что такое?

Дарий наклонился, подбирая что-то из-под ножек моего стула. Это «что-то» отлетело туда с характерным мелодичным звуком. Я чуть не сломала себе шею, пытаясь выгнуться и увидеть, что мои опасения напрасны. Но, увы, Дарий действительно крутил в пальцах бронзовое зеркальце Коула, вылетевшее из кармана моего пальто.

– Любопытная побрякушка. Заколдованная? – спросил он, потряхивая его в руке. – Выглядит дорогой. Пожалуй, оставлю себе.

Я не привыкла молчать тогда, когда мне было что сказать, поэтому сделать это сейчас стоило титанических усилий. Мысленно обещая себе, что Коул даже не узнает, в каких мерзких лапищах побывало его любимое зеркало, я глубоко вздохнула и позволила уроду его забрать.

– Советую тебе поскорее вспомнить что-нибудь полезное про ковен Шамплейн, – бросил Дарий напоследок, открывая решетку.

Не то от душного воздуха, не то от перевозбуждения его майка пошла пятнами пота: они разошлись на груди и на спине, а лоб блестел в свете потолочных светильников. Мой блестел точно так же, только от собственной крови, забрызгавшей все вокруг. – Мой наставник не такой терпеливый. Я обещал приберечь тебя для него. Уверен, вы хорошо проведете время.