Наркоманские сказки

Ты и ты, – он ткнул пальцем в двух учеников покрепче, – составьте столы, чтобы Лягушка могла поместиться… Теперь ход работы… Ни суя себе! – вырвалось у учителя. – Да такого я даже от батяньки, царство ему небесное, не слышал, а он без малого тридцать лет в органах! Ход работы. Лягушку обездвиживают разрушением спинного мозга. Есть желающие?

Желающих в классе не нашлось.

– Гегемон, – нашёл учитель фамилию в журнале.

– Здесь, – ответил небольшой парнишка интеллигентного вида.

– Как мы будем разрушать спинной мозг?

– Надо ввести острый предмет между позвонками.

– Действуй.

– Вы мне поможете? А то я один её не осилю.

– Хорошо. Считай, что я твой ассистент.

Гегемон с учителем уложили мычащую (ей предварительно заклеили рот скотчем) и брыкающуюся Лягушку животом на стол.

– Может, ей по голове чем дать, чтобы не брыкалась? – поинтересовался Гегемон.

– Я тебе покажу по голове! В руководстве о наркозе ни слова. Делай так, заодно сразу поймёшь, когда будет разрушен спинной мозг.

– Хорошо, я попробую, – с этими словами гегемон изловчился и пырнул Лягушку ножом в спину.

Она в последний раз хрюкнула и затихла.

– Молодец, Гегемон. Отлично. Следующим идёт… Конкин.

Конкин оказался здоровым детиной-переростком с достойной толщины лобовой броней, плавно переходящей в затылочные кости.

– «Лягушку прикалывают к дощечке спиной вниз, вскрывают грудную клетку…» Так, Конкин, дуй в кабинет труда за гвоздями, молотком и «болгаркой». Да, захвати ещё каких-нибудь струбцин или зажимов.

Конкин вернулся через минуту, он весь взмок от груды инструментов, которые ему дал учитель труда и давний «клиент» Гаркина.

– Переворачиваем. На раз, два, три…

Учитель с Конкиным перевернули Лягушку на спину.

– Как прибивать будем? – спросил Конкин.

– А как Иисуса Христа. Крест-накрест.

Конкин легко справился с заданием, согнув только один гвоздь, который никак не хотел входить в голень Лягушке. Он уже собирался садиться на место, когда учитель его остановил:

– А кто будет грудь вскрывать? Я, что ли?

Завизжала «Болгарка».

– Смотри, чтобы не замкнуло, – предостерёг его Гаркин.

Наконец, грудина была перерезана, а все кровоточащие сосуды зажаты струбцинами.

– Идите все сюда. Смотрите, как бьётся сердце, и работают лёгкие.

Дети, шумно обсуждая происходящее, столпились возле стола.