Мастера книги

Первый заказ пришел через неделю. Пять вордовских листов с описанием разборок в банде. От меня требовалось, чтобы в конце текста один из бандитов, премерзкий, надо сказать, тип вышел победителем. Прочитав условие задачи, я позвонил Алине.

– Чем могу помочь? – услышал я в трубке приятный женский голос.

– У меня проблема с заказом.

– Говорите.

– Я не владею знанием воровских понятий и блатной феней.

– Это не страшно. Пишите своим языком. Редактор, если будет нужно, подправит. Для нас важен сам сюжет.

Рассказ, а у меня получился текст на сорок страниц, был готов через месяц. На следующий день я получил «положительный отзыв» и сканированную квитанцию, согласно которой гонорар был переведен на мой счет.

Еще через неделю пришел следующий заказ…

По мере набивания руки, я начал представлять себе структуру текста в виде своеобразной конструкции-лабиринта, количество разветвлений которого равнялось количеству возможных естественных вариантов развития сюжетной линии, то есть таких вариантов, при которых развитие сюжета происходит естественным путем, как происходило бы в жизни.

Именно от степени естественности зависит, насколько читатель будет психологически верить в описываемые события. В результате моя работа превратилась в прокладывание оптимальных маршрутов для героев повествований. Правда, задания мне попадались сплошь линейные или с одной, двумя узловыми точками, так я назвал развилки лабиринта. Добираясь до них, я звонил Алине, и уже она или кто-то у нее за спиной решал, какой из возможных путей мне выбрать.

Раза два мне пришлось отказываться от заказа на том основании, что сюжетный лабиринт не предусматривал ожидаемого результата. Получив исчерпывающий аргументированный ответ, работодатели заплатили мне за отказ, как за полноценно выполненную работу.

Так я стал хоть и неизвестным, но одним из наиболее высокооплачиваемых писателей страны. Я купил дом и нанял домработницу. По мне так нет более бесполезного занятия, чем уборка. Уберешь, а через неделю начинай сначала.

Каждый раз, беря в руки пылесос, я чувствовал себя Сизифом, а во время генеральной уборки – генеральным Сизифом. Поэтому при первой же возможности я возложил эту обязанность на чужие плечи. Затем я избавился от машины. Я никогда не любил сидеть за рулем, и когда у меня появилось достаточно денег, чтобы можно было не экономить на такси, я отправил права в унитаз. Благо, их срок годности подходил к концу, а получать новые мне не хотелось.