Мастер воды

Чувствуя себя обманутыми и изнемогая от усталости, рыцари собрались на недавно подстриженной зеленой лужайке, расположенной под здоровенным кленом. После непродолжительного совещания поход был признан дурацкой шуткой, в связи с чем было решено немного отдохнуть и возвращаться домой. После того, как эти слова были произнесены, у всех на душе стало легче. Расслабившись, Оуэн лег на спину и… увидел ворота. Их образовывали причудливо переплетенные ветви клена. Буквально в следующий миг магия сна заработала, и участники похода оказались стоящими перед тяжелыми кованными воротами, на которых красовалась массивная табличка с надписью: «Назад дороги не будет!».

– Блин, прямо врата в ад, – вырвалось у Борса.

– Не каркай, – оборвал его Гавейн.

– Ну что, вперед? – спросил Ланцелот и смело шагнул за ворота. Остальные последовали за ним.

Едва они переступили черту, декорации поменялись. Рыцари оказались погруженными по шею в зловонную трясину, которая медленно, но неуклонно затягивала их в бездну.

Они безрезультатно пытались проснуться, а когда поняли, что это невозможно, одни начали молиться, другие материться, а третьи истошно вопить. Но им не посчастливилось утонуть в грязи, так как со всей округи к ним устремились похожие на пиявок черви с острыми, как бритва, зубами. Они словно пираньи набросились на людей, пожирая их заживо. На удивление боли не было. Только ужас и понимание того, что скорая смерть по-настоящему станет их финалом, так как отсюда действительно назад дороги нет. Червям потребовалось всего несколько минут, чтобы от людей остались одни кости, которые навсегда остались в трясине…

Рыцари не сразу поняли, что декорации вновь изменились. Теперь они лежали на раскаленном песке посреди пустыни. Вокруг был только песок и скелеты каких-то доисторических гигантов.

– Мы что, умерли? – спросил Гавейн, и в следующую секунду к нему и к другим рыцарям пришло понимание того, что они пересекли черту, а пожирание червями их плоти было символичным сжиганием за собой мостов.

– Все целы? – спросил Ланцелот. Он еще не пришел толком в себя после перенесенного стресса.

– Кажется, нет Оуэна, – ответил Персифаль.

– Будем надеяться, что он вернулся в тело.

– А я бы с большим удовольствием надеялся на то, что мы не встретим здесь этих тварей живьем, – сказал Бедивер.

– Если уж бояться, то не их, а тех, чьим кормом им не посчастливилось стать, – резонно заметил Персифаль.