Горчаков. Титулярный советник

Грубоватый комплимент попал в цель: взгляд Настасьи чуть потеплел, а суровая складка между темных бровей разгладились. Не то чтобы она уже готова была выйти из машины и сразить всех наповал – но явно больше не боялась… почти. И ворчала скорее по инерции.

– Ага… Ты это им объяснять будешь?

– Может, и буду. – Я пожал плечами. – А может, буду молчать и загадочно улыбаться… В конце концов, интрига и скандал – тоже неплохая реклама.

– Ну отлично. – Настасья показала мне кончик языка. – Вот сам бы тогда и торговал… лицом.

Оно у тебя, кстати, тоже весьма даже симпатичное.

– Ну уж нет, – рассмеялся я. – Моя работа – рисковать своей шеей на гонках. А быть лучезарной и обаятельной – твоя… Партнер.

– Партнер. – Настасья, наконец, улыбнулась и шутливо пожала мне руку. – Ладно, пойдем уже. Пока я не передумала.

Выбравшись наружу, я обошел машину. Долгие разговоры об этикете высшего света не прошли даром: вместо того, чтобы выскакивать самостоятельно, Настасья терпеливо дождалась, пока я открою дверцу, и, взявшись за мою руку, поднялась с сиденья.

– Ну вот, уже пялятся, – едва слышно проворчала она, на мгновение ткнувшись лбом мне в плечо. – Заразы такие…

– Ну и пусть. – Я взял Настасью под локоть. – Улыбнись и помаши ручкой: нас фотографируют.

Если уж попадать на первую полосу очередного желтого издания – пусть снимок хотя бы будет удачным.

Я услышал три или четыре щелчка камеры, пока мы еще шагали по улице, но куда больше внимания ожидало нас внутри.

Настасья даже прикрыла рукой глаза от вспышек – но тут же снова приветственно заулыбалась, вышагивая рядом со мной к лестнице на второй этаж. В чем-то я даже понимал газетчиков: парой мы действительно были весьма эффектной.

Я облачился в черную с золотыми пуговицами парадную юнкерскую форму. Жалко, нельзя было заодно надеть и ордена – тогда бы никто не посмел даже про себя подумать то, что в свежем выпуске «Вечернего Петербурга» расписали на целый разворот.

Но, как говорится, наша служба и опасна, и трудна, и на первый взгляд…

Интересно, кто это сочинил?

Настасья специально для особого случая заказала платье из тяжелой и бархатистой на ощупь темно-сиреневой ткани. Ровный крой чуть ли не в пол, никаких открытых плеч или глубокого декольте. Даже талия скорее просто обозначена, чем подчеркнута: слишком уж много сегодня соберется представителей старшего поколения – все должно выглядеть прилично.