Пятый посланник. Книга 3

Но и этого хватило, чтобы выдать еще одну крохотную ледышку, которую он тут же закинул в рот и с хрустом расколол зубами.

– Только осторожнее. Они очень холодные. Намного холоднее… обычных.

Когда первая капля из ладони упала в мой пересохший рот, я вдруг рассмеялся. Колдовской лед таял от тепла моего тела, а ветер срывал и уносил прочь драгоценную воду, но я никак не мог заставить себя нормально пить – только ржал, как сумасшедший.

Посланник Воды, Владыка Ледяного Копья и мой враг использовал древнюю магию высокородных, чтобы сделать то же самое, с чем без труда справлялся любой гребаный автомат с гребаной содовой в забегаловках Сан-Франа!

– Ты в порядке? – поинтересовался Игорь.

– Я еще не спятил. – Я откашлялся и провел языком по губам. – Просто… Это смешно.

– Может быть. – Игорь хмыкнул и протянул мне еще кусочек льда. – Ты расскажешь мне, как оказался здесь? И почему решил помочь мне вместо того, чтобы свернуть шею?

– Пожалуй, расскажу.

Глава 8

– Тьма и Пекло… Все еще смешно! – Я прикрыл рот рукой. – Прости.

– Я рад, что смог развеселить тебя. – Игорь выпустил из ладони несколько дюймов ледяного лезвия и с явным усилием отломил. – Только постарайся снова не порезаться.

– Как скажешь. – Я осторожно принял очередной кусок смертоносной конфетки. – Опасное лакомство… Острое и крепкое. Будто жуешь кусок холодного железа.

– Магический лед. – Игорь пожал плечами. – Этими землями правит огненный Индра, и на создание меча уходит вдвое больше сил, но он все такой же прочный. Я смог бы разрезать им доспехи… или даже этот вагон. – Игорь легонько постучал по крыше, на которой мы сидели. – Иначе от подобного оружия не было бы никакой пользы.

– Занятно, – кивнул я. – Твоя магия здесь слабеет?

– Нет… Да – мне сложнее собрать влагу – воздух слишком сухой. – Игорь обвел руками круг. – Приходится тянуть отовсюду, но молекулярные связи все равно получаются крепкими… Так что береги зубы.

– Ты много знаешь обо всех этих… связях, – заметил я. – У себя дома ты был ученым?

Теперь мне хотя бы не приходилось перекрикивать свистящий в ушах ветер. С наступлением темноты Служители в паровике сбавили ход, и мы с Игорем смогли усесться на крыше, не рискуя быть сброшенными воздушным потоком. Вечер принес если не прохладу, то что-то чуть меньше похожее на пекло пустыни.