Видящий

На носу неизвестного корабля красовалась голова то ли собаки, то ли волка, то ли какого-то другого зверя. А на берегу уже выстраивался десант – я насчитал уже почти два десятка вооруженных фигур в одинаковых одеждах.

– Солдаты, – пробормотал Хроки. – Армия Императора – не местные увальни.

Глава 6

Похоже, он подумал о том же, что и я. Иллирийцы, жившие неподалеку от монастыря, наверняка и сами терпеть не могли епископа, но солдаты Империи ни за что бы не позволили северянам разграбить храм и перерезать монахов – если бы успели сюда вовремя.

Нет, Сакс ничего не знал об имперском боевом корабле, кравшемся следом за драккаром.

Мы с Хроки переглянулись, вздохнули и бросились оттаскивать обезумевшего от ярости тэна Олафа, который уже вовсю вколачивал едва трепыхавшегося Сакса в пол. Видимо, суммарный показатель Силы у нас оказался побольше – тэн ревел, вырывался и даже напоследок успел достать многострадальные ребра Сакса носком сапога, но в конечном счете нам удалось усадить его на скамью и вдвоем навалиться сверху.

– Прошу тебя, мой тэн! – пропыхтел Хроки. – Парень не виноват!

– Это солдаты Империи! – Я едва успел увернуться от увесистого кулака. – Они выследили наш корабль. Местные ничего не знали!

То ли тэн внял нашим словам, то ли у него попросту закончились силы, но гигантское тело обмякло и беспомощно растеклось по храмовой скамье. А потом я увидел то, что удивило меня даже сильнее, чем если бы сам Тор-громовержец появился бы здесь, потрясая Мьёльниром.

Тэн Олаф Кольбьернсон плакал.

Крупные слезы катились по обветренным щекам и застревали в рыжей бороде. Могучие плечи бессильно поникли, будто вместе с драккаром тэн разом потерял само желание жить.

– Мой корабль, – простонал он. – «Линорм», детище моего отца…

– «Линорм» достался тэну от отца, – шепнул Хроки. – Кольбьерн Однорукий не мог сражаться, но был великим правителем и самым лучшим корабельным мастером, какого когда-либо видел Эллиге.

– «Линорм»? – переспросил я. – Что это значит?

– Морской змей, могучее чудовище.

 – Хроки чуть оттянул меня в сторону – подальше от безутешного тэна. – Самый древний и опасный из всех слуг Ньёрда.

Похоже, суровый и беспощадный морской разбойник сильнее всего на свете был привязан к своему «Линорму». Тэн Олаф ругался, призывая на головы иллирийских солдат гнев всех богов разом, рыдал и вырывал из бороды целые клочки рыжих волос. Хотелось надеяться, что он придет в себя до того, как солдаты доберутся до стен монастыря.