По законам Любви

 – сказала я.

– Ерунда, – Мелкий махнул рукой, и тут я заметила, что правый рукав распорот и весь в крови.

– Он тебе поранил! Почему ты не сказал? – я с ужасом смотрела на его руку. Мне начинало казаться, что пятно на его рубашке увеличивается с каждой секундой…

– Давай я вызову «скорую», – я вытащила из кармана куртки мобильник, но Михаил накрыл мою ладонь своей и тихо сказал:

– Не надо, это просто царапина.

– Давай хотя бы перекисью обработаем, – настаивала я. – У меня дома есть аптечка.

По лицу Михаила скользнула улыбка.

– Если ты…

– Пойдем, – я решительно потянула его за здоровую руку.

– Заманишь в квартиру, а потом вызовешь наряд? – смеясь, спросил Михаил, когда мы с ним поднималась по лестнице.

– Зачем наряд? – пожала плечами я. – Я прикую тебя наручниками к батарее и потом брошу умирать от голода и жажды.

– Ого, этому тебя в школе милиции научили? – поинтересовался Мелкий.

– В институте, – отшутилась я.

Через десять минут мы с Михаилом уже сидели на кухне.

Он закатал рукав рубашки (точнее – то, что от него осталось), и моему взору открылся длинный, еще кровоточивший порез. Я обработала рану, потом наложила повязку.

– Благодарю, – Михаил было поднялся со стула.

– Еще не все, – я остановила его. Смочила вату перекисью и протянула ее Мелкому. – Ссадины тоже обработай.

Он лишь отмахнулся. Тогда я сама прижала ватку к его щеке. Михаил поморщился – всего на мгновение, – а потом вдруг положил свою большую ладонь поверх моей ладони.

– Может, чаю? – я посмотрела ему в глаза.

– Сегодня что, день исполнения желаний? – он посмотрел мне в глаза.

– Даже не думай! – я отстранилась.

– Я не в том смысле, – казалось, мои слова здорово задели Михаила. – Просто ты сегодня такая…

– Какая? – с вызовом ответила я.

– Не такая, как всегда, – задумчиво ответил он. – То грозилась на нары отправить, теперь раны обрабатываешь.

– Ты пострадал из-за меня. Ты помог мне справиться с этими гоблинами, а я не позволю тебе умереть от заражения крови.

И мы будем в расчете.

– Вот как, – хмыкнул Мелкий. – Выходит, крепость не пала?

– Не дождешься! – вырвалось у меня.

– Благодарю за заботу, – он направился в прихожую. – Поздно уже, я пойду.

Михаил надевал ботинки в прихожей. Я стояла, прислонившись спиной к двери ванной и скрестив на груди руки. Мелкий уже подошел к двери. Мгновение – и он уйдет.

Я закусила губу, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплакаться.