По законам Любви

Я убеждала себя, что хочу только одного: чтобы он ушел, навсегда исчез из моей жизни. Переехал в другой район, в другой город, а лучше – в другую страну. Чтобы он ушел обратно в свой, криминальный мир, а я осталась в своем мире, по другую сторону баррикады.

– До свидания, оперуполномоченная Солнцева! – сказал Михаил. И его «до свидания» прозвучало как «прощай» …

Я качнулась, словно в миг лишилась способности удерживать равновесие. В горле пересохло. Сказать бы что-то язвительное, что-то такое, чтобы он навсегда запомнил «оперуполномоченную Солнцеву» …

– Может, останешься? – тихо сказала я и сама удивилась, насколько жалобно прозвучали эти слова.

Михаил поднял голову, посмотрел на меня. И я поняла: он останется.

Глава 5

И он остался. Не на ночь, как водится, даже не на день. Не смотря на все мое отрицание, я была вынуждена признать: Михаил останется со мной навсегда. Даже если уйдет – временно или на совсем, – он все равно останется со мной. Какая-то его часть навечно впиталась в мою память, в мое сознание.

Звук его голоса, запах парфюма, тепло его рук и чуть насмешливый блеск голубых глаз – все это теперь останется со мной, как татуировка, как шрам на коже…

Когда я проснулась, в комнате было уже светло. В голове промелькнула неприятная мысль: «Проспала». Мою догадку тут же подтвердили неумолимые настольные часы: девятый час. Самое время вставать, особенно тем, чей рабочий день начинается в восемь утра…

Михаил еще спал. Я привычно вскочила на ноги, быстро стала одеваться.

Но потом на мгновение невольно замерла. Посмотрела на Мелкого. Лицо его было так спокойно и безмятежно, волосы растрепались, взъерошились… Сейчас Михаил казался мне еще милее, чем обычно. Было что-то удивительное в его спокойствии, расслабленности. Он доверял мне. Я и не знала, что Мелкий, с его «профессией», способен так расслабляться, так доверять кому-то.

Посмотришь на него – просто мужчина, приятный, интеллигентный. Можно принять Михаила за актера или за музыканта, пианиста какого-нибудь – безукоризненно правильного, в отглаженной белоснежной рубашке.

А под рубашкой – купола наколоты. Руки Михаила лежали поверх одеяла, и я увидела, что пальцы его правой руки также покрыты татуировками, а еще на указательном пальце правой руки красуется широкое серебряное кольцо.

Я рукой дотронулась до большой горячей ладони Мелкого, сжала ее…

Миши открыл глаза, посмотрел на меня и улыбнулся.

– Миша, мне пора бежать, – сказала я. – На работу опаздываю.