Круглый сад

Но всё та же необоримая робость перед Василием не позволила ей промолвить ни одного слова, она так и стояла молча посреди комнаты с сыном на руках, а Василий, стоя к ней спиной, разговаривал с её матерью. Василий ушёл тут же, словно он только за тем и приходил, чтобы высказать Лилиной матери свою обиду, ушёл раньше Кати, так и не взглянув на Лилю и не сказав ей ни одного слова.

Прошло ещё несколько лет. Катя уже не жила с Василием, родила себе сына, отец сына оказался женатым человеком. Периодически, Катя, или сама приезжала к Лиле с ребёнком, или оповещала по телефону, как дела, кто из них болен, и Лиля отправлялась их навестить.

В очередной раз по звонку Кати Лиля с гостинцами для ребёнка приехала к ней. Двери открыла Катина пожилая родственница, она была из той местности, где прошло детство и ранняя юность Лили. Обе обрадовались неожиданной встрече. И в ходе разговора Лиля узнаёт, что тётя Нюра с сыном собирались тогда её сватать, но узнав, что она «выгнала» Василия, не решились. Василий был самым красивым юношей, вежливый, из интеллигентной семьи, владеющий игрой на аккордеоне, всегда элегантно одетый и уж если Василия Лиля «прогнала», то, дескать, куда уж им со сватовством.

У Лили тоскливо заныло где-то в груди и она, робея, ответила, что Василия не прогоняла никогда и впервые слышит о его сватовстве к ней. Лиля вспомнила тот приход Василия с Катей, Лиле он слова не сказал, а всю обиду адресовал её матери, вот, оказывается, когда её мать «выгнала» Василия. У Лили похолодело в груди и жгучие слёзы застлали глаза. Позволив себе подумать про Василия, Лиля поняла, что она так и любит его, одного, до слёз. Тут тётя Нюра рассказала, как сама знала, что Лиля, дескать, и первый раз ушла из дому, и второй раз «уже намеренно опозорила парня, поступив так, что похуже тыквы и пообиднее».

У Лили от стыда, что так думает о ней Василий, жарко горели щёки, но её при разговоре с тётей Нюрой о заветном не покидала та юношеская робость, что так и гнездилась в ней и через которую она не могла переступить и сейчас.

«А если бы знала, пошла бы за Василия?» – спросила тётя Нюра. И Лиля, пересиливая свою робость до головокружения, тихо ответила: «Не то – пошла, побежала бы».

Кате Лиля ничего не рассказала, и никогда не посмела заговорить с ней об этом, робея и стыдясь чего-то. Заговорила с ней Катя, упрекая и обвиняя Лилю за то, что та вообще посмела разговаривать с её родственницей, но ни слова не говоря – о чём был разговор её родственницы.