В СССР геев не было!

Как только Евгений перестал стучать зубами, съел два бутерброда с маслом и сыром, он, наконец, рассказал, что произошло.

Евгений учился в выпускном классе, и учился он весьма хорошо. Поэтому, естественно, родители планировали отправить старшего сына в университет, получать образование, профессию. Хороший, надежный план на дальнейшую жизнь. Вот только самого Женю об этом спросить они как-то забыли. Когда отец с матерью стали расспрашивать, в какие институты и на какие направления он собирается поступать, оказалось, что он не собирается.

У Евгения был свой собственный план. Он хотел после школы отслужить в армии, после этого «попробовать жизнь» – так он называл время, когда намеревался поработать на разных работах, чтобы узнать свои возможности, предпочтения. И только потом решать что-то с образованием, профессией и так далее, уже по списку родителей. Как оказалось, такой сценарий его отца совершенно не устраивал.

И вот, на почве совершенно разных взглядов на будущее Жени, отец и сын рассорились в пух и прах.

Евгений настаивал на том, что этого его жизнь, и то, какие он делает выборы, какие ошибки совершает – это целиком и полностью его ответственность. Ярослав Александрович давил фактами из своей жизни, ведь он так и не получил высшее образование, и всю жизнь работал простым электриком на заводе. Отец приводил в пример сыну своего друга, собственно, Михаила, который окончил университет, и теперь работает «начальником начальников». Женя парировал тем, что Михаил Петрович получал образование заочно и после того, как поработал какое-то время, а значит тоже успел «попробовать жизнь». Кроме того, тогда были совсем другие времена – бородатые семидесятые, а не современное окончание двадцатого века!

Конец ссоры был для Михаила очевиден. Ярослав поставил ультиматум: «Пока живешь в моем доме, ты делаешь так, как я говорю». На что Евгений обоснованно собрал вещи и решил в доме отца больше не жить.

– Глупо, конечно, приходить было к Вам, – вздохнул Женя, одной рукой принимая вторую чашку чая с благодарным кивком, а другой продолжая почесывать таксу между ушей.

 – Вы же папин друг, так что я не обижусь, если вы ему позвоните и скажете, где я.

– Разумеется, я ему позвоню, – нахмурился Михаил. – Он с матерью наверняка с ума сходят от беспокойства. Вот только выдавать им я тебя не буду.

– Что?! – Женя удивленно и даже восхищенно уставился на Михаила. – Не врете?

– Не вру. Останешься у меня, а так как я «папин друг», то порешаю с ним твой вопрос.