Соловей в его саду

– Тише ты! – прошипела она, – замолчи сейчас же!

Она огляделась по сторонам и понизила голос.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь. Позже поймешь. И мы не рабыни, запомни это, и никогда больше не произноси этого слова ни вслух, ни про себя. Мы пташки. И если кто-то иногда умирает, – Мелисса смотрела на Эллин немигающим взглядом, – значит, такова судьба.

Девушка повернулась и подошла к двери. Казалось, в этом замке тысячи дверей и комнат.

Эллин пошла следом за Мелиссой. А что еще ей оставалось делать?

– Ты так говоришь об этом…спокойно, – тихим голосом сказала Эллин, – неужели ты не боишься?

Мелисса неожиданно улыбнулась.

– Нет, – ответила она, – мы все пташки, и нас так же много, как птиц в лесу. Немного везения, немного сноровки, и можно прожить чуть дольше.

Эллин похолодела от такого оптимизма, который больше походил на обреченную покорность.

– И как долго ты живешь здесь?

– Четыре года, – спокойно ответила Мелисса и распахнула очередную дверь, – но дольше всех здесь живет Айси.

Почти десять лет. Ее привезли сюда, когда ей не было и двенадцати. Но пташкой она стала незадолго до того, как я сюда попала. Она ласточка.

– Ласточка? Что это значит, что она делает? – Эллин рассеянно разглядывала место, куда привела ее Мелисса. Это помещение больше напоминало купальню, выложенную мозаикой. В центре высился бассейн с зеленоватой водой. Как и в других комнатах, здесь не было ни души.

– Не все сразу, – ответила Мелисса, – мы должны подготовить тебя.

Она отпустила запястья Эллин, подошла к одной из стен и уверенным движением нажала на одну из плиток мозаики на стене, она заскрипела и медленно отодвинулась, открыв очередной проход. Из него выбегали девушки, одетые более скромно, чем Мелисса. У каждой в руке было по предмету: кувшин, отрез тонкой ткани, шкатулка, какие-то статуэтки, свиток и что-то еще, что Эллин не смогла разглядеть.

Глядя прямо перед собой, стайка девушек влетела в комнату и встали вдоль бортика бассейна.

Их движения были точными, выверенными, слаженными, будто у танцоров. Это и восхищало, и пугало Эллин.

Мелисса стояла, уперев по-хозяйски руки в бока. Она крикнула что-то на незнакомом языке, и в комнату вошли еще две темноволосые и очень высокие девушки. Как и Мелисса, они были одеты более роскошно. Волосы обеих были покрыты золотыми украшениями, предплечья увиты тонкими браслетами, и даже на пальцах ног были тонкие колечки. Несомненно, золотые.