Проповедник свободы

Бери тряпку на складе, уайт-спирит у меня в кабинете и убирай тут всё. Как пол вымоешь, иди домой. Тут всё равно два часа работать осталось, а ты своим видом всех покупателей мне распугаешь.

– Хорошо, – я безумна рада, что меня отпустили домой пораньше.

Однако перед этим мне нужно отмыть от краски квадратный метр пола. У меня возникает идея. Мои кроссовки почти полностью испачканы. Пальцами я зачерпываю краску на полу и вожу ими по уцелевшим белым участкам обуви. Немного усердия, и… Супер, теперь у меня новые красные кроссовки.

Я снимаю и отношу свою рабочую сменку на склад, ставлю там её в уголок недалеко от радиатора. Там же я отрываю кусок ветоши, которой моет пол техничка. Уличные ботинки пока надевать не хочу, а то вдруг и их испачкаю, поэтому решаю идти в зал в одних носках. Там меня уже ждёт ведро воды и бутылка растворителя.

– Это я принесла, – ко мне подходит Ника, – как же тебя так угораздило, а, Лиса?

– Спасибо, – просто отвечаю я, игнорируя её вопрос.

Мне уже совершенно плевать на эту краску, на ругань начальницы, мысли текут спокойно, как равнинная река среди золотых колосьев. Они прибывают к моему спасителю с красивыми руками и чёрными бархатными глазами.

– Я всё видела, – подмигивает мне Ника.

– Ты о чём? – я выплываю в реальность, как синий кит на поверхность океана.

– Я о том симпатичном мужчине, который помог тебе встать. Он реально такой хороший, подошёл к кассе, очень вежливый, расплатился без сдачи, пожелал удачного дня, назвал меня милой девушкой.

Сразу видно, интеллигентный человек.

Ника продолжает тараторить, потряхивая от удовольствия светлой головой, а я стою и думаю о том, что Ника – она может составить чудесную пару кому угодно, а я просто заляпанное краской чмо, которое максимум заслуживает жалости. Я прерываю её трескотню:

– Что он купил?

– Краску в баллончике, – Ника смотрит на меня с сомнением в моих умственных способностях.

Она рассказывает о чудесном покупателе, а меня интересует, что он купил.

– Понятно, – я беру тряпку, растворитель и ведро, и иду наводить чистоту. Пока я собираю ветошью густую эмаль с пола, радуюсь, что у Ольги сегодня выходной. А то стояла бы сейчас над душой, злорадствовала. Спустя полчаса пол блестит, а носки придётся выкинуть. От тяжелого запаха уайт-спирита у меня начинает кружиться голова, и я мечтаю скорее выбраться на воздух.