Исход. Обратная сторона Луны

– Ты уверен в этом?

– Я и не думал, что ангелы выглядят так!

– А какими ты представлял нас? Прекрасными юношами в сияющих одеждах? Я мог бы предстать тебе и в подобном образе, но нам нужно, чтобы ты узнал правду.

– Для чего? – осведомился Иоанн.

– Чтобы сбылось древнее пророчество, – отвечал Странник. – Если ты последуешь за мной, то и слова твоего учителя исполнятся, – он умолк на некоторое время, а потом закончил. – Время еще есть. Я не тороплю тебя. Однако ровно через год буду ждать тебя на этом самом месте.

Если ты не придешь, великая Истина не откроется тебе, и слова Иешуа окажутся напрасными!

Сказав это, Странник направился по берегу моря в сторону, противоположную от той, где находились жилые постройки рыбацкого селения. Иоанн проводил его взглядом, пока тот не скрылся из виду, после чего еще долго сидел на камне, пребывая в глубоком раздумье…

***

Сентябрь 70 года.

Иоанн и его юный слуга ютились в крохотной лачуге на самой окраине рыбацкого поселка. Вдвоем они выращивали овощи в огороде и обрабатывали заступом землю на небольшом участке, засеивая поле пшеницей.

Кроме того, ловкий юноша время от времени ловил рыбу, выходя на утлой лодчонке с приятелями в море.

Время летело стремительно, как птицы или облака по небу!

Вечерами Иоанн, когда он не был занят по хозяйству, бродил по берегу моря, пока не уставал. И тогда он садился на камень, уставившись куда-то вдаль невидящим взором (и так он мог сидеть часами!). В иные дни он проводил время дома, делая какие-то записи.

Папий не знал, что пишет его хозяин и учитель. И не спрашивал об этом – он знал, когда сочтет нужным, старец сам все расскажет. И такой день действительно настал. Но их откровенной беседе предшествовало одно крайне неприятное известие, которое получил отрок, когда был в городе, где на торговой площади продавал выращенный ими урожай зерна.

На том острове проживала небольшая еврейская диаспора. И, надо сказать, соседом Папия по торговому месту на рынке был один из тех иудеев, который накануне вечером вернулся с большой земли.

К нему утром подступили с расспросами его собратья по вере: «Что-то слышно о Родине?» Однако тот человек, который всегда был словоохотлив, на сей раз долго отмалчивался и хмурился.

– Нет, братья, ничего я не знаю. Но кое-что слышал, будто… – иудей тяжело вздохнул, а потом договорил. – Сказывают, будто римляне Ерушалаим захватили. А еще… – он не мог продолжать, – закрыл лицо рукой, чтобы не показать своих слез.