Ледяная дорога в Миктлан. Городская повесть-фэнтези

Мерк зажмурился от яркого солнца, потянулся и, с шумом выдохнув, сбросил с себя плед. Одновременно с последними самыми сладкими мгновеньями сна.

– Здравствуй, новый день! – весело заявил он, чем окончательно перепугал бедную мышь. Та заметалась по столу, неожиданно позабыв дорогу, которой пришла. Мышь уже была не рада ни манящим запахам книжных переплетов, ни странному экзотическому аромату застывшей кофейной гущи, ни даже найденным и съеденным сладким крошкам. Панический страх перед внезапно ожившим великаном заставил ее юркнуть в проход между огромными томами Энциклопедии мифов, обежать черную шкатулку с сигарами, в ужасе шарахнуться от собственного отражения в блестящем металлическом кофейнике и, не удержавшись, свалиться со стола в одну из горячих солнечных луж на персидском ковре.

Оказавшись внизу, она тут же вскочила на свои тонкие белые лапки и замерла. Покрутила из стороны в сторону головой, не обнаружила за собою погони и неторопливо, вразвалочку потрусила под книжный шкаф.

Мерк с улыбкой проводил ее взглядом и лишь тогда поднялся на ноги.

Приручение белой мыши было делом трудным, но он чувствовал, что скоро наступит перелом. Осталось совсем чуть—чуть.

С сегодняшнего дня у Мерка должен был начинаться арабский месяц, и внешний вид, и книги, и музыка, и даже пища, которую он вкушал, сразу же разительно изменились. Это было давнее увлечение молодого человека – каждый месяц полностью менять свой образ жизни. Вчера еще он был французом, поклонником свободы и дикой кисти Матисса, а сегодня готовил себе типично арабский завтрак из смеси коричневых бобов и чечевицы, приправленных специями и собирался музицировать на аль—уде, диковинном струнном инструменте с Востока.

Но его планы спутал почтовый голубь.

В век Интернета и сотовой связи это выглядело чересчур экстравагантно, но Мерк сторонился современных технологий. Или, что вернее, не заигрывал с ними без крайней необходимости. В отличие от прежних технических достижений, нынешние уводили человечество все дальше и дальше в вымышленный виртуальный мир.

Голубь влетел в открытую форточку и принес записку от знакомой травницы.

Травницу звали Эмилия Ивановна, ей было за шестьдесят и принадлежала она к тем немногим, кто знал, чем на самом деле занимается Мерк.

«Посетитель. Сегодня в двенадцать», – гласила записка.

Мерк остановился у большого прямоугольного зеркала, засунул записку между рамой и стеклом и недовольно поморщился.