Темные воды минувшего

Брат всегда был их любимчиком, всегда ему и подарки, и забота, и похвалы за самые скромные успехи, а мне – одни попреки и куча самой грязной работы…

– Но если так, то может, бежать – единственный выход? Мы доберемся до Лондона, а оттуда отправимся в Гретна-Грин… и обвенчаемся…

– Ты с ума сошел?

– Но какой у тебя выбор? Покориться воле этих тиранов, остаться тут на неопределенное время, похоронить всю молодость? На что ты надеешься? Или – я слышал – есть какой-то троюродный дедушка, от которого ваша семья ждет не дождётся наследства? Ты на него надеешься?

Дедушка Эммерет? Да, он старенький.

Но моя семейка зря надеется – он помрет еще лет через двадцать, дай ему Бог здоровья, он славный старик, – Бет рассмеялась.

– Ну, вот видишь. Единственный выход – бежать!

***

– Бет, я хочу сказать, – мистер Купер хрипит, и Беатрис склоняется к мужу поближе, – если это сделала ты…

– Нет, что ты!

– Если это сделала ты, я бы понял тебя и простил.

Они причинили тебе столько зла, что…

– Но, Мортимер, я правда ни при чем!

Мистер Купер умолкает и лежит с закрытыми глазами.

А Беатрис снова вспоминает ледяной лондонский туман, и огромные хлопья снега. И холод…

Беатрис стоит на перилах Тауэрского моста, и в этот момент сильные, крепкие руки обхватывают ее сзади, и она бьется в плену этих рук, как птичка в силках…

– Ага, попалась!

– Пустите, пустите…

– Вы с ума сошли? Зачем вы туда – вы что, утонуть хотели?

– А вам-то что?

– Вы дрожите, вам холодно.

Озябшее тело Беатрис окутывает теплый плед. Только теперь она поднимает глаза: крепкий мужчина лет тридцати, грубоватая красота, матросская одежда…

– Что-то вы одеты не для такой погоды.

– У меня украли одежду. Вообще все украли.

– Так вы поэтому решили утопиться? Потому что одежду украли?

– У меня украли вообще все. Веру в людей. Надежды. Мне некуда идти, негде жить.

– Угу. Когда вы последний раз ели, простите, что задаю вам такой нескромный вопрос?

– Не помню – кажется, дня три назад, или четыре.

– Понятно. Извозчик! Садитесь.

– Куда мы едем?

– Ко мне. Я не могу предложить вам ничего роскошного, но там по крайней мере тепло, и найдется немудрящая, но похлебка.

***

Затеплив свечу, Агнес делает запись в дневнике.

«Сегодня я узнала нечто сногсшибательное! Я все думала, кто может быть убийцей, если мы исключаем Невила.