Визариум. Проникновение миров

Ведь и месяца не прошло, с горькой усмешкой думал Толя, надевая тесёмки обратно на пак. Поднял за хвосты красивую увесистую рыбу и ощутил стыдную радость обладания добычей. Меньше месяца, снова подумал Толя. А как за годы жизнь может согнуть, и сгибает?…

«Не меня!» – решил он тогда. Скумбрию таки забрал, отвёз потом матери. А в конце января, узнав, что арендатору Лосеву требуется кладовщик, поговорил с ним, и тот его принял. Бывшие коллеги – грузчики с рыбы – были уверены, что Толя отхватил очень прибыльное место.

Действительно, при желании и некоторой смекалке подворовывать и «играть» с весами можно даже при мизерных оборотах Лосева. Иногда кто-то спрашивал: ну, как, мол, получается? Толя многозначительно щурился, и собеседники понимающе кивали, умолкали завистливо.

– Честный… – Михалыч задумался.

Мимо окна по эстакаде прошёл сторож Гадюкин, следом протрусила собака Монтана.

– Если честный, – продолжил Михалыч, – то лучше тебе, братец, с комбината уходить на фиг. Это, знаешь ли, такое место… Не для этих самых.

Толя сгрёб в кучку рассыпанные по столу крошки.

– Мне некуда идти…

Это было правдой. Одной зарплаты Алёны хватило бы только на то, чтобы платить за квартиру. Сбережений нет, родители помочь не могли. Возвращаться в Посёлок? Это вообще не вариант.

Привидение Сергея Михайловича Соловьёва мрачно выслушало грустный Толин рассказ.

– Ты не понимаешь, – сказал призрак. – Ладно, я попробую узнать у наших, как там чего. Встретимся завтра, после захода солнца.

Толя увиделся с Михалычем на следующий вечер. Но и день выдался щедрым на события.

Во-первых, Толе предложили дополнительный заработок. К нему заехал одноклассник, Петя Жук. Многие Толины одноклассники работали здесь, в Облцентре. Петя знал, где именно трудится Толя Сомов. Петин родной дядя держал оптовую базу продуктов, у этого дяди часто закупался и сам Лосев. Петя предложил привозить кур, чтобы Толя, возмещая у себя на складе часть уже проданного товара, разницу клал в карман.

– Звони, и через полчаса я у тебя с грузом, – пел ему Жук. – А то ведь что получается? Вкалываешь тут грузчиком… Обидно за тебя. Должна же быть какая-то отдача.

– Я кладовщик, – сказал Толя.

Жук скривился, махнул рукой. Толя не стал спорить, пообещал, что подумает.

Наконец-то нормальное искушение, улыбался потом про себя. А то пока на его счету были только проигнорированные возможности воровать из паков окорочка да обвешивать редких покупателей.